Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГЛАВА IV. ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК


 

В последние годы помимо изучения историографического факта, критериев его оценки и анализа выдвинулась проблема историографического источника и в целом спектр вопросов, объединенных общей темой «Историографическое источниковедение». Их исследование в современных условиях приобретает большое теоретико-методологическое значение, они тесно соприкасаются с теорией исторического познания. От историографических источников, полноты, их репрезентативности, информационной достоверности, объективности, уровня обработки, научной критики и методов использования во многом зависят качество и эффективность историографических исследований.

Теоретико-методологические аспекты историографического источниковедения приобретают все больший смысл в обобщении достижений советской историографии и постановке новых, нерешенных до сих пор проблем.

Нельзя не учитывать и того, что современные буржуазные источниковедение и историография отрицают объективный характер, как источника, так и факта, подвергают сомнению возможность их научной интерпретации и выдвигают идею подмены исторической реальности источника «опытом историка», что на деле означает подмену реальности источника «ощущениями» исследователя [146]. Отпор подобным взглядам необходимо аргументировать, привлекая материалы историографического источниковедения.

Тема «Историографические источники» в отличие от отечественного источниковедения, насчитывающего более чем двухсотлетние традиции, находится пока в стадии становления и изучена еще недостаточно [147].

 

 

Положительным является то, что ныне преодолено бытовавшее ранее мнение, что историографические факты одновременно являются и основными источниками для исследователя-историографа, которое на деле приводило, как уже отмечалось, к смешению объекта исследования и источников их познания. Предприняты также первые попытки конкретизировать понятие историографического источника.

Исходя из того положения, что историографический источник – часть исторического, Л. Н. Пушкарев дал приемлемое для начального этапа изучения проблемы определение: «...под историографическим источником следует подразумевать любой исторический источник, содержащий данные по истории исторической науки [148]. Еще более лаконично высказался С. О. Шмидт, который считает, что «историографическим источником можно признать всякий источник познания историографических явлений» [149].

Обосновывая свою мысль, Л. Н. Пушкарев указал, что в то время как главным и основным типом историографического источника являются письменные источники, историограф не может обойти, например, фольклорные, этнографические данные, а в наше время – материалы фотофонодокументов и др. Отсюда его категорический вывод «Любой исторический источник, касающийся хотя бы косвенно фактов истории исторической науки, может быть отнесен к числу историографических источников» [150]. Такое толкование вызвало возражения Е. Н. Городецкого, задавшего вопрос: «Относится ли исторический источник, не содержащий в себе прямых данных по истории науки, но отражающий «микроклимат», т. е. общественную атмосферу, которая через ряд посредствующих звеньев влияет на развитие исторической науки, к историографическим источникам?» Приведя соответствующие примеры из истории исторической науки, он заключил:

 

 

«Определение историографического источника нуждается в большей масштабности», оно должно включать «...материалы, которые важны и необходимы для понимания процесса развития исторической науки». В действительности мнение о том, что присутствие в историческом источнике только непосредственных данных по истории исторической науки или только пригодность его для познания историографических явлений, было приемлемым для того уровня развития историографии, когда она в основном ограничивалась рамками лишь истории исторической мысли или истории исторических концепций. Такая ситуация в какой-то мере сравнима с тем уровнем развития источниковедения, при котором в историческом источнике искали только ответ на вопрос, что он таит для познания конкретных исторических фактов, без должного понимания её теоретико-методологических аспектов.

Л. Н. Пушкарев поставил на обсуждение также вопрос о классификации историографических источников. Он выдвинул мысль о том, что классификационная схема, выработанная советским источниковедением, в известной мере приложима к историографическим источникам; конкретная же классификация зависит, по его мнению, от целей, которые ставит перед собой историограф. С ним вновь полемизирует Е. Н. Городецкий, отметивший, что при данной постановке вопроса утрачивается объективная основа классификации. Другое возражение принадлежит С. О. Шмидту, который заметил, что нет достаточно серьезных оснований переносить механически на историографические источники понятия о «типах» исторических источников, о важности тех или иных разновидностей их, критериях систематизации и т. д. Он также считает, что иерархия историографических источников может не совпадать с соответствующей иерархией исторических источников.

М. А. Варшавчик, рассматривая круг источников по историографии истории КПСС, ввёл в науку следующую дефиницию: «Источниками по историографии истории КПСС являются все материалы, непосредственно (курсив наш.– А. 3.)

 

 

отражающие формирование, направление, состояние и перспективы развития историко-партийных знаний. Данное определение, на наш взгляд, более емкое и полное, чем предыдущие. В отличие от М. А. Варшавчика Н. Н. Маслов относит к историографическому источнику только «...труд ученого-историка, воплощенный в статье, монографии, диссертации, рукописи, стенограмме или магнитофонной записи».

Оценивая в целом современное состояние изученности историографического источниковедения, можно сказать, что оно находится пока на этапе «первоначального накопления знаний», так как не решены до конца многие теоретические аспекты, не выяснен механизм «перехода» историографического источника в «ранг» историографического факта, не выработан понятийный аппарат, соответствующий современному уровню развития историографических знаний.

В этих условиях предлагается следующее определение: историографическое источниковедение – это система знаний о закономерностях поиска, обработки и использования источников, применяемых в историографии. Соответственно историографическими источниками являются те исторические источники, которые определяются предметом историографии и несут информацию о процессах, протекающих в исторической науке и в условиях ее функционирования. Они используются наряду с историографическим фактом для установления закономерностей возникновения и развития историографии.

Данная трактовка опирается на триединую, основу: современное понимание предмета историографии, характеристику историографического факта, толкование назначения исторического источника. Эти ключевые явления историографии, изученные в едином контексте, должны прояснить содержание историографического источника. Рассмотрим их подробнее.

Предмет историографии – познание закономерностей возникновения и развития исторических знаний – по отношению к историографическому источнику выступает доминантой, он определяет круг используемых источников. На это обстоятельство с точки зрения исторического источника, обратил внимание академик Н. М. Дружинин.

 

 

Он пишет: «Привлечение нужных источников... определяется продуманной и ясно сформулированной проблемой темы» [151].

Это исходное положение объясняет многое в характеристике историографического источника, но не все. Для историографа, как и для историка, источник первичен, из него извлекается факт. Закономерности историографии раскрываются сквозь призму деятельности субъекта – историографа, что не может не повлиять на трактовку историографического источника, и в частности на то место, которое он займет в познаваемом процессе. Требованием к историографическому источнику должно быть присутствие в исходном для него материале «историографичности», понимаемой в двух планах: наличие в нем элементов историографической информации; возможность его использования с целью установления закономерностей историографии. Вместе с тем М. В. Нечкина заметила: «...делать только наличие историографических данных основным требованием, определяющим понятие историографического источника... кажется недостаточным... потому, что в этом случае происходит соединение, слияние как бы понятия историографического источника с критерием отбора историографических фактов». Эта мысль правомерна. На деле в круг исторических источников включаются и такие, которые, на первый взгляд, возможно, и не несут на себе прямой «историографической нагрузки», но связаны с условиями, в которых осуществляется социальная функция исторической науки.

Одной из центральных задач методологического анализа историографического источника является исследование процесса возведения его в «ранг» историографического факта, а затем его использование в историографическом труде. Осуществление данного процесса невозможно без теоретического осмысления второй части выдвинутой впереди триады – соотношения историографического источника и историографического факта.

Современный уровень исследованности исторического источника отражен в работах В. И. Буганова, С. Н. Валка, М. А. Варшавчика, И. Д. Ковальченко, Б. Г. Литвака, О. М. Медушевской, Л. Н. Пушкарева,

 

 

Н. И. Приймак, А. П. Пронштейна, М. Н. Тихомирова, Г. А. Трукана, Л. В. Черепнина, С. О. Шмидта и др. [152]

Материалы и теоретические обобщения этих авторов позволяют поставить и решить вопрос о том, что является общим и каковы различия между историческим и историографическим источниками, между последними и историографическим фактом.

Объединяющие их реалии в общих чертах таковы: они в равной мере являются историческими и духовными явлениями, существующими независимо от исследователя, воспринимаемыми в их тесной связи со временем их возникновения; историографический источник должен отвечать всем главным характеристикам исторического источника, а их использование включает в себя основные звенья сложившейся источниковедческой и историографической практики. Если исторический источник, по замечанию С. О. Шмидта, интересует историка как носитель определенной информации об историческом факте, то историографический источник интересует историографа также с позиции его информативности о факте историографическом; диалектика их познания и объяснения основывается на общеметодологических

 

 

принципах партийности и историзма и исходит из объективности источников и фактов; при помощи источников реконструируется прошлое и отражается настоящее исторического процесса; "на основе историографических источников и историографических фактов создается прошлое и настоящее истории исторической науки, предвидится ее будущее; социальная характеристика, классовая пристрастность и заинтересованность характерна как для историографического источника, так и для историографического факта. В знании «истории» источника и факта имеется также общее, связанное главным образом с той информацией, которую они поставляют. Наконец, аксиомой является то, что состояние источниковой базы у исторического и историографического труда, уровень и степень изученности источников и фактов – одна из важных определяющих черт развития исторической и историографической мысли, идей и научных концепций.

При единой генетической общности источника и факта между ними имеются и различия.

Историографический факт по своей функциональной нагрузке шире, чем историографический источник, а круг последних соответственно уже, чем историографические факты. Объясняется это несколькими обстоятельствами историографического и источниковедческого характера. Не каждый историографический факт «материализуется» в источник, доступный для широкого изучения (например, материалы лаборатории историка, рукописи книг и диссертаций, неизданные стенограммы дискуссий, научных конференций и т. д.); уже известные исследователю историографические факты порой становятся предпосылкой для поиска новых, неизвестных или малоизвестных ранее историографических источников; историографический факт воссоздается на базе комплекса источников; установлено также, что в процессе формирования научного фактического знания преодолеваются неполнота, разорванность источников; научное историографическое исследование всегда полнее и шире источников, на которых оно базируется, так как оно не только обобщает данные источников, но и опирается на теоретическое знание.

Процесс перехода исторического факта в историографический источник и его использование в историографическом труде показан А. М. Сахаровым на следующем примере из истории Киевской Руси.

 

 

Известно, что дорогобужцы убили конюха князя Изяслава, за что им было велено уплатить штраф в 80 гривен. Этот факт послужил одним из источников для составления «Русской Правды», которая сама по себе стала фактом законодательной мысли определенной эпохи. «Русская Правда», в свою очередь, послужила источником формирования концепции Киевской Руси в трудах Б. Д. Грекова, С. В. Юшкова, М. Н. Тихомирова и других исследователей. Данная концепция является источником оценки состояния изучения в историографии 30 – 50-х годов эпохи феодализма в СССР. Войдя же в учебник по историографии, эта концепция является для последующих исследователей источником, характеризующим состояние изученности проблемы на современном этапе [153]. Данная по сути семичленная схема с соответствующими коррективами применима для понимания соотношения факта (исторического и историографического) и историографического источника. Поправка касается лишь одного: концепция, войдя в исторические труды и учебники, является уже не только источником, но и историографическим фактом.

Актуальным представляется вопрос о путях использования историографического источника, тем более что он слабо разработан в существующей литературе. Историограф, как писал А. И. Данилов, понимает, что «появление каждого нового направления в исторической науке всегда находило выражение не только в рассмотрении исторической действительности на основе новых идейно-методологических принципов, но и в выработке новых источниковедческих приемов, новой методики изучения и использования исторических документов применительно к тем проблемам, которые интересуют представителей этого направления» [154]. Процесс работы над историографическим источником во многом совпадает по сложности с работой над историческим источником. В. О. Ключевский в своих «Комментариях» к курсу лекций по источниковедению писал: «...исторический материал, заключенный в источнике, не дается сразу... чтобы исчерпать исторический источник надлежащим образом, его нужно понять и разобрать, отделить в нем нужное от ненужного.

 

 

Для этого требуется предварительная его разработка и расчистка, изучение и истолкование памятника» [155].

В историографическом труде можно, на наш взгляд, принять за основу с некоторыми коррективами этапы истолкования источника, предложенные Н. М. Дружининым [156] и советскими источниковедами и сведенные в схему Н. Н. Масловым [157]. Они включают в себя выявление, отбор и проверку достоверности историографических источников в связи с избранной темой и конкретными задачами исследования; аналитический анализ и критику источников; синтетический анализ всей совокупности источников с целью установления связи между образовавшимся комплексом источников.

Специфика задач историографии показывает, что выбор самого историографического источника, как и факта – это уже, по существу, начало его осмысления. Поэтому он должен проводиться на основе совокупности знаний, почерпнутых как вне источника, так и внутри него. Среди первых особое значение имеет теоретико-методологическая ориентация историографа; играет свою роль и принятая гипотеза по использованию источника.

В свете упоминавшейся уже ленинской идеи о необходимости изучения всей совокупности относящихся к вопросу фактов, без единого исключения, ясно, что в основу историографического отбора должен браться комплекс историографических источников по изучаемой проблеме. В нем особую ценность представляют те источники, которые дают возможность изучить формирование исторических знаний в их контексте с социально-экономическим и политическим развитием общества.

Репрезентативность – представительность научной базы историографического исследования, связанная с проблемой качественной полноты исторической информации, является важным фактором, обеспечивающим объективность результатов исследования. Различные периоды развития историографии имеют свои специфически ценностные историографические источники.

 

 

Следующее замечание касается классификации и систематизации историографических источников. Общепринятым можно считать, что целью этой работы является достижение объективной истины в процессе обобщения разных видов источников. Поэтому нельзя целиком согласиться с мнением Л. Н. Пушкарева о том, что систематизация имеет «служебную», «вспомогательную» задачу. Наоборот, работа в области систематизации играет большую роль в подготовке историографических источников к их использованию в историографическом труде. Историографические источники можно классифицировать по следующим принципам: классовому происхождению, авторству, видам.

Методы и методика, применяемые в историографическом источниковедении, в основном те же, что в историографии и в источниковедении. Поэтому необходимо охарактеризовать методы обработки источников, применявшиеся предшественниками и автором данного исследования. Важное значение имеют свои специфические методы. Их методологическая основа раскрыта В. И. Лениным в «Предисловии к брошюре «Как обманули народ социалисты-революционеры и что дало народу новое правительство большевиков», где предлагается размышлять, сопоставлять, делать выводы из документов. Эти выводы достигаются с большей плодотворностью при применении к источнику, в синтезе историографической и источниковедческой критики, сравнительно-исторического, ретроспективного, синхронного и других методов, составляющих отдельные звенья в общей цепи познавательной работы историографа. Применение на практике указанных методов даёт возможность показать политические, классовые интересы исследователей исторического процесса, закономерности историографии, соотношение эмпирического и теоретического уровня в историографическом источнике, позволяет формулировать выводы и обобщения.

Применяя отмеченные методы, следует знать, что диалектическая связь объективного и субъективного проявляется в историографическом источниковедении в следующих аспектах: сам источник

 

 

(например, труд историка) выступает как субъективное по отношению к объективной реальности – историческому процессу, отражаемому историографом; историограф, работающий с историографическим источником, относится к нему как субъект к объекту.

Изучение теоретико-методологических и методических аспектов историографического источниковедения позволяет охарактеризовать более рельефно и сам их состав. Первыми среди них являются произведения и особенно творческая лаборатория основоположников научного коммунизма, значение которых, конечно, выходит далеко за рамки историографического источника. Их анализ, с точки зрения исследуемой проблемы, включает в себя несколько направлений. Среди них выделяются следующие: изучение истории применения К. Марксом, Ф. Энгельсом и В. И. Лениным положений диалектического и исторического материализма при анализе источников; исследование классических примеров использования разнообразных по своим видам и содержанию групп источников для создания историографических сочинений (К. Маркс, «Теории прибавочной стоимости», составляющие IV том «Капитала»; В. И. Ленин. «Предисловие к сборнику «За 12 лет», предисловие к брошюре «Карл Маркс» и др.); выявление приемов научной критики и классификации источников классиками марксизма-ленинизма; изучение в целом источниковой базы произведений основоположников научного коммунизма и ее влияния на расширение проблематики их творчества; использование советской историографией трудов Маркса, Энгельса и Ленина как образцов в работе с историографическими источниками и значение этого для современной историографии.

К историческим источникам первостепенной важности относятся: программы и уставы партии, документы съездов и конференций КПСС, протоколы, решения и постановления Центрального Комитета партии. Они оказывают огромное влияние на развитие исторической науки, определяют ее задачи и нацеливают на исследование актуальных проблем. Партийные документы дают оценку явлениям, касающимся не только истории партии, но и в целом исторических событий, указывают на перспективу их развития. В этом кроется многогранное значение этого сложного по составу комплекса источников.

 

 

Анализ данной группы документов, с точки зрения историографического источниковедения, предполагает изучение процесса их разработки и выявление исторических источников, которые легли в основу партийного документа. В этом плане работа историографа близко соприкасается с деятельностью источниковеда. Специфически историографическая работа включает анализ того, как, когда, в каких работах тот или иной источник введен в историческую науку, изучает социально-классовую и мировоззренческую суть источников, показывает их теоретико-методологическое значение для развития историографии. Следовательно, историографический источник этого вида может быть поставлен в ряд научных исследований, относящихся к съездовским материалам, анализируемых, по словам В. И. Ленина, как некое «цельное» явление.

К указанной группе источников вплотную примыкает такой источник, как произведения деятелей КПСС и Советского государства, в которых дается анализ истории и современной деятельности партии и государства. В этом плане эти источники имеют официальный характер. Но этим не ограничивается историографическое значение данных источников.

Выдающихся деятелей партии и государства отличает умение распознавать объективные тенденции общественного развития, способствовать успешному восприятию их народными массами, руководить претворением в жизнь политики партии. Поэтому в историографии ценен показ вклада отдельных деятелей в развитие исторической науки, воссоздаваемого не только по их докладам и выступлениям, но и по подготовительным материалам, сохранившимся, в частности, в личных фондах, воспоминаниях и т. д. Задача историографии состоит в том, чтобы показать, как оценки, данные руководителями партии, воспринимались и развивались в трудах советских историков.

Одними из самых многочисленных историографических источников являются труды историков. В отличие от исторического источниковедения, относящего их к так называемым историческим пособиям, историографическое источниковедение уделяет им первостепенное внимание. Но труды есть главные историографические факты. Поэтому историографическое источниковедение вырабатывает к ним свое специфическое отношение. Историограф характеризует источниковую основу книги и статьи, их богатство (или узость), методы и методику обработки и показывает ее влияние на развитие исторической науки. Его также интересует весь процесс «введения» в науку произведения историка, постановку его в определенный ряд.

К историографическому источнику можно отнести диссертационные исследования. Их ценность возрастает в связи с тем, что, оставаясь в большинстве случаев неопубликованными, они в совокупности в какой-то мере характеризуют уровень развития исторической науки на отдельных этапах ее существования.

Изучение творческого пути историка, его лаборатории включает в себя наряду с научными трудами, подготовительные материалы к ним, тексты лекционных курсов, часть из которых послужила основой историографических исследований, черновики неопубликованных рукописей, корректуры, дневники, мемуары, автобиографии, анкеты, письма и пр. Изучение этих источников необходимо для исследования ряда историографических проблем, прежде всего процессов преемственности научной мысли и «приращения» знаний, истоков эволюции исторических концепций, особенностей формирования научных взглядов и творчества отдельных историков, полемики между ними, за которой нередко крылись взаимоотношения научных школ, направлений и т. д.

Историограф, изучая этот источник (особенно мемуары), не вправе «забывать», что в нем зачастую присутствует некритическое отношение к своим единомышленникам. Возможен и противоположный вариант – необъективное отношение к представителям других школ и направлений. Следовательно, задача историографа заключается в том, чтобы выяснить политические и идеологические цели авторов мемуаров и литературы эпистолярного жанра, отделить в них объективное от субъективного, выделить по возможности степень правдивости и откровенности.

Исследование указанной категории историографических источников имеет свою специфику, в какой-то мере уже изученную в историографической литературе [158].

 

 

Она заключается, в частности, в том, чтобы выяснить побудительные мотивы создания мемуарных произведений, вскрыть и элементы субъективизма и тенденциозности в творческой работе. В тех случаях, когда в мемуары включаются исторические источники, выдвигается задача выявления их документальной основы, способов и приемов их обработки и исследования. Особо следует подчеркнуть то, что данная группа источников имеет большое значение для исследования социально-психологических моментов творчества, познания индивидуальных особенностей автора источника и т. д.

К историографическим источникам относятся учебные программы и отчеты по прочитанным курсам историографии. Они служат решению следующих задач: изучению деятельности научных центров, процесса становления историографии как научной дисциплины, специфики формирования и деятельности отдельных историографов и т. д.

М. В. Нечкина предложила включить в качестве историографических источников также и те, которые объясняют эпоху, когда жил и творил историк, его связь с определенным классом, идейным течением [159]. В этом предложении есть глубокий смысл, так как оно исходит из методологических принципов историзма и партийности, а также из марксистско-ленинского положения, гласящего: источник – социальное явление. В действительности нельзя понять и оценить исторические концепции вне их связи с эпохой, классовой борьбой и идейными течениями времени их создания [160]. Уместно в связи с этим напомнить, что еще М. Н. Покровский в рецензии на книгу Лаппо-Данилевского

 

 

«Методология истории», опубликованную в 1923 г., критикуя ее теоретические основы, писал: «Он (Лаппо-Данилевский.– А. 3.) берет книжку, абсолютно оторванную от той среды, где она сложилась. Для него книжка есть книжка. Когда и где написана, до Рождества или после Рождества, в Африке, Японии или Китае, ему все равно». Историографический опыт изучения источника как продукта определенной социальной среды и идейных течений своего времени, симпатий и антипатий его автора дает возможность вскрыть закономерности его (источника) функционирования.

Ценна как историографический источник печать – периодические и непериодические издания. Содержащийся в журналах, научных бюллетенях, информационных и реферативных обзорах (и в какой-то мере в газетах) материал, особенно обзоры литературы и рецензии, доводят до сведения исследователя ранее других источников существующие концепции, взгляды, мнения, достижения исторической науки и указывают на пробелы в ее развитии. Они являются для историографа показателем состояния исторического знания. Зачастую журналы или сами проводят, или публикуют материалы дискуссий и обсуждений научных работ. Наконец, библиографические обзоры или списки выходящей в свет литературы – это специфические лоцманы в начальном пути творчества историографа. В работе с данным источником важно понимание специфики классического триединства – что, где, когда публиковалось в периодике.

Для историографии имеет значение источник, отражающий работу конференций, симпозиумов и других форумов по проблемам развития исторической науки, а также методологии историографии. В этом ряду большую ценность представляют неизданные документы Проблемных советов – «История исторической науки» и «Методология и историография истории КПСС».

Историограф не может обойтись без материалов по истории исторических учреждений и подготовки кадров историков, составляющих один из видов историографических источников. Особое значение среди них имеют те, которые отражают динамику создания, реорганизации и деятельности центров исторической науки,

 

 

подготовку и переподготовку кадров науки, материальную базу исторической науки и пр. В них содержится материал, необходимый для понимания закономерностей развития истории исторической науки.

Нуждается в специальном историографическом изучении вопрос о массовых источниках. Если к ним отнести статистические материалы и справочники о развитии истории исторической науки, то они приобретают характер историографического источника.

Перечень историографических источников не может считаться завершенным. Историограф в большинстве случаев работает с комплексом фактов и источников, отражающих реальные события истории исторической науки, но отсутствие источников вовсе не означает, что историографический факт не имел места.

Историографическое источниковедение имеет еще одну важную грань, которая выходит за пределы собственно предмета данной отрасли знания, но входит составной частью в историографическую работу. Имеется в виду изучение историографом истории накопления и введения в научный оборот самих исторических источников. Эта общая цель включает в себя несколько задач: установление влияния источниковой базы на формирование новых идей, взглядов, концепций, ее расширение или сужение; определение методики обработки и обобщения источников; выявление наличия в исторических трудах ссылок на первичное введение в научный оборот источников и т. д. Следовательно, если исторический источник может быть глубоко понятным как в своем первичном (с точки зрения его создания и служебной субстанции), так и во вторичном качествах (с точки зрения изучения его историком), то историографический источник уже выступает на третьем уровне – его использования и интерпретации в историографическом труде.

Перечисление круга историографических источников показывает необходимость анализа взаимосвязей различных групп и комплексов источников исходя из целей предпринимаемой историографической работы, что, однако, не исключает специфического подхода к каждому из них.

Структура историографических источников весьма богата. Она включает в себя следующие составные части: источники, связанные с процессом формирования и методологией, использования в науке исторических знаний;

 

 

источники, отражающие классовые и идейные условия формирования исторической науки, психологию исторического творчества и др.

В иерархии исторических источников центральное место занимают генерализующие, среди которых главный массив – это источники, связанные с исторической литературой. Остальные входят в систему источников, которые трудно распределить в окончательно установленную схему.

Ведущими критериями оценки историографических источников являются общеметодологические принципы: партийность, историзм, которые в своей совокупности служат в конечном итоге делу установления закономерностей историографии.

Знания по историографическому источниковедению нужны, однако, не только для понимания закономерностей историографии. Они играют большую роль в выявлении объективной историографической истины и других моментов историографии, объединенных в понятие «теоретико-методологические аспекты историографии».

 

 


 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-09

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.