Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






Несколько слов об индийских железных дорогах


 

Из Дели на северо-восток, в один из важных лесных районов Индии, мы поехали по железной дороге.

Вот и поезд. В его составе — главным образом вагоны третьего класса. Они переполнены людьми. Внутри вагонов невыносимая жара, несмотря на открытые окна. Тысячи людей в этих вагонах стоят и сидят, обливаясь потом, обмахиваясь и отираясь полотенцами. Еще больше бедного народа на платформах. Люди кучками сидят и лежат прямо на бетонной поверхности платформы.

Нашей делегации предоставлено двойное купе в вагоне первого класса.

Как и в большинстве западноевропейских вагонов, в каждом купе отдельный выход, открывающийся прямо на платформу. Снаружи у дверей вагона против каждого купе визитные карточки с фамилиями пассажиров «саибов», конечно в английской транскрипции.

В нашем купе первого класса два мягких дивана и два кресла, во втором ярусе-этаже еще два спальных места.

Три электрических пропеллерных вентилятора в углах купе внушительно напоминают о том, за исключением, может быть, немногих самых холодных зимних недель (да и то только в Северной и Центральной Индии). Для усиления вентиляции имеются вентиляционные решетки особого устройства вверху вагона. В уборной купе устроен душ. Пассажиры один за другим обливаются водой под этим душем. Но, едва успев одеться, снова обливаются… потом, затем — снова водой под душем…

Несмотря на то, что окна закрыты лишь решетчатыми жалюзи, несмотря на вентиляционные решетки, воздух в купе затхлый. Очень не хочется закрывать дверь даже и на ходу поезда. Но это, конечно, невозможно.

Еще до отъезда из Дели мы были предупреждены, что на индийских железных дорогах даже в вагонах первого класса постельного белья «не полагается». Так оно оказалось в действительности.

По пути в Дера-Дун ночью и утром на станциях можно было видеть ту же картину, что и на делийском вокзале. Только вагоны третьего класса, казалось донельзя переполненные еще «на старте», в Дели, переполнились в пути еще настолько, что, заглядывая в них через окна, нельзя было представить, как же переносят люди такую тесноту и духоту.

За ночь лица и одежда пассажиров покрылись ровным слоем пыли, брюнеты особенно заметно «перекрасились» в светлые глинисто-каштановые цвета.

Поезда в Индии ходят с большой скоростью. Этого требуют «коммерческие интересы эксплуатации» индийских железных дорог. Однако эти «интересы» далеко не обеспечены в техническом отношении.

Климатические и почвенные условия являются причиной необычайно быстрого разрушения шпал.

Как известно, в условиях умеренного климата главной причиной порчи шпал является жизнедеятельность особых грибков — разрушителей древесины. Они причиняют мало заметный для неспециалиста, но в действительности — чудовищно огромный ущерб, преждевременно выводят из строя шпалы, вызывают необходимость трудоемких и дорогостоящих работ по замене негодных шпал новыми.

О том, насколько велик этот ущерб, можно судить по тому, что, например, в условиях дореволюционной России он составлял в среднем ежегодно около одного миллиарда рублей (в золотом исчислении!).

Такова была «цена» жизнедеятельности невзрачных грибов, живущих за счет разрушения древесины. С тех пор, в результате усовершенствования методов пропитки шпал антисептиками, этот ущерб резко уменьшился, но все же еще и поныне он велик.

В тропическом же и субтропическом климате Индии с ее муссонными дождями подобного рода разрушительные процессы протекают несравненно интенсивнее в шпалах и в других деревянных сооружениях (особенно тех, которые непосредственно соприкасаются с почвой). Древесина в таких условиях разрушается необычайно быстро: в течение нескольких месяцев, даже в течение немногих недель!! Это происходит не только вследствие жизнедеятельности упомянутых грибков, но зачастую в еще большей мере под воздействием различных насекомых (термиты и др.). Неудивительно, что по крайней мере на некоторых железных дорогах Индии пришлось вовсе отказаться от деревянных шпал и на протяжении многих сотен километров укладывать рельсы на железные (или чугунные?) шпалы.

По таким дорогам поезда идут с большой скоростью и с невероятным грохотом: при разговоре в вагоне такого поезда нужно кричать или по движению губ собеседника по возможности догадываться, какие слова он произносит…

 

 

cтр. 174-178:

 

Величайшие деревья на земле

 

Редко кто может равнодушно пройти мимо могучих деревьев. Оттого-то даже по рассказам еще со школьных времен мы запоминаем названия и образы величественных и необычайно долголетних кедров, дубов, сосен, знаменитую секвойю, которая живет до 1 500 лет, а по расчетам некоторых ученых — до 6 000 лет (!) и достигает в высоту 100—200 метров при диаметре ствола до 12 метров.

На необъятных просторах Советского Союза среди необозримых массивов мачтовых сосен местами выделяются своими поистине уникальными размерами и долголетием деревья, подлинные богатства наших лесов. Мы жалеем, как жалеют погибший драгоценный памятник, сосну в Карелии, срубленную на 592 году ее жизни во время Великой Отечественной войны (в 1943 году). К этому сроку ствол безвременно погибшего дерева-исполина достиг в поперечнике 1,2 метра!

А в дремучих брянских лесах неподалеку от бывшего Свенского монастыря — по свидетельству известного советского лесовода, проф. Б.В. Гроздова—и поныне растут древние дубы-великаны. Они были почти столетними деревьями уже в те стародавние времена, когда неведомый по имени, но отмеченный печатью гения автор «Слова о полку Игореве» в этой бессмертной своей поэме писал о тени зеленого дерева. Поэт устами князя Игоря обращался к Дону,

 

одевавши его

теплыми мъглами (туманами)

под сенiю зелену древу.

 

Но безвременно погиб Игорь и вещее

 

древо не бологом (не к добру)

листвiе срони!

 

Ныне эти дубы, которым уже давно «стукнуло» по 800 лет, имеют стволы в поперечнике более полутора метров…

У автора «Пана Тадеуша» были среди деревьев особенно памятные великому польскому поэту «старые приятели»:

 

А как Баублис, дуб? В стволе его зияло

Огромное дупло; сходились в нем бывало

Двенадцать рыцарей на пиршестве веселом.

И липа та жива ль, размеров исполинских?

На Росью светлою, у дома Головинских?

Плясало вокруг нее, в тени ветвей зеленых

Сто молодых людей, сто девушек влюбленных…

 

По поводу этих строк, где читатель может заподозрить слишком уж вольные поэтические преувеличения, уместно сказать прозой, что знаменитый дуб, имевший особое имя Баублис (Baublis), к началу XIX столетия достиг тысячелетнего возраста. Баублис считался священным деревом. Он засох в 1811 году. Внутри его ствола была вырублена полость («беседка»), в которой могли разместиться 10—12 человек. В этой «беседке» некоторое время существовал музей литовских древностей.

Подстать таким исполинам некоторые породы деревьев Индии.

В северных и центральных провинциях, особенно же на юге Индии, и в частности — в Бенгалии, произростает более 100 видов, относящихся к ботаническому роду фикусов. Среди них различные лианы, удушающие другие деревья. К слову сказать, и инжир (Ficus carica) и знаменитое «дынное дерево» (Carica papaya) относятся к той же ботанической группе растений, объединяемых в составе семейства тутовых (Moraceae). Дынное дерево дает очень ценные, напоминающие дыню, плоды прекрасного вкуса и высокого диетического достоинства. К этой же ботанической группе (семейству) растений относятся и виды шелковицы (Morus alba, M nigra и др.), имеющие громадное значение в сельском хозяйстве и в промышленности Индии: как известно, именно за счет питания листьями этих культивируемых деревьев выкармливаются «черви» (гусеницы) тутового шелкопряда, коконы которого и являются сырьем для соответствующих отраслей промышленности Индии.

Но отдавая должное хозяйственному значению шелковицы и инжира, следует несколько подробнее сказать не об этих породах, более или менее известных советскому читателю, а об индийских фикусах. Они являются, так сказать, родными братьями нашего комнатного фикуса. Его считают у нас большим, если он произрастает не в горшке, а в кадке и уже, не умещаясь на подоконнике, стоит на полу и вершиной своей почти касается потолка в комнате.

Иначе выглядят фикусы (баньяны) в Индии. Необычайные их размеры издавна производили в изумление европейцев. Уже 2 300 лет тому назад знаменитый греческий натуралист и философ, первый европейский ботаник Феофраст[3] так писал о баньяне:

«В индийской земле есть так называемая «смоковница», которая… пускает корни из своих ветвей, причем не из молодых, а из прошлогодних и еще более старых. Корни эти, вросши в землю, образуют вокруг дерева как бы ограду и превращают его в своеобразный шатер, в котором обычно живут люди… Вершина этого дерева густолиственна; все дерево правильной круглой формы, очень большое… толщина ствола бывает иногда больше, чем в шестьдесят шагов, обычно же в сорок». Другими словами речь идет о стволах, которые в поперечнике имеют не менее 9—12 метров. И это, как оказалось, не является преувеличением. Но в древнем феофрастовском описании не обошлось и без преувеличений: «Листья на нем,— пишет Феофраст о баньяне,— не меньше маленького щита». В действительности листья индийского фикуса, по размеру,, по форме и по общему виду очень похожие на листья нашего комнатного фикуса, лишний раз напоминают о близком родстве этих растений. Но нельзя достаточно надивиться необычайному строению баньянов (да и ряда других здешних фикусов). Такое дерево имеет не один, а сотни (да, сотни) стволов!

В центре возвышается первичный ствол. На нем выросли и протянулись во все стороны толстые сучья. Из них отвесно вниз вырастают особые отростки («жгуты») толщиной примерно в палец. Достигнув почвы, они укореняются, начинают расти в толщину и вскоре превращаются в толстые вторичные стволы, составляющие единое живое целое с первичным стволом, его ветвями и корнями.

От вторичных стволов в свою очередь отрастают новые ветви, а также продолжают расти сучья от центрального ствола. Со временем из этих ветвей вырастают многочисленные новые «жгуты» превращающиеся в новые стволы, и т.д.— теоретически до бесконечности.

Оказавшись под одним из таких баньянов в Бенгалии я долго ходил в его тени, как в густой роще. Обходя это дерево-рощу, я насчитал у него 800 стволов. Но то были не все, а только часть стволов этого удивительного баньяна, конечно отнюдь не единственного в Индии. Это дерево, как уже упоминалось выше, давало тень, площадь которой превышала гектар! Центральный ствол дерева отмер в результате заражения грибом (Pachyfomes sp.). Но все вторичные, третичные, четвертичные и иные стволы были свежи и крепки и продолжали расти: по свидетельству местных жителей, это дерево было еще очень молодо. Ему не было даже и трехсот лет.

Между тем есть, так сказать, сверхгиганты даже и среди этих гигантов. Одно такое дерево, похожее на большую рощу, на острове реки Нарбадды, привлекало к себе особое внимание размерами, необычными даже и в Индии. Центральный ствол этого исполина имел в поперечнике 9,5 метра!! В результате укоренения стволов — выростов первой генерации, у этого дерева образовалось 27 вторичных стволов, каждый из которых имел в среднем диаметр около 3,4 метра. В последующем возникали все новые и новые «круги», или генерации, состоявшие из сотен третичных, четвертичных и еще более молодых стволов — подпорок этого дерева-колосса.

Как велик самый большой из всех известных баньянов? Насколько известно, такое дерево — богатырь среди богатырей — имело до 4 300 стволов, в числе которых было 1 300 крупных. Могучий центральный ствол его достиг в поперечнике 10 метров. Издали такое, по индийским верованиям, священное дерево-роща имело вид большого зеленого холма, в тени которого, случалось, отдыхали отряды по 6 000—7 000 человек одновременно?

Сколько лет рос такой исполин? В точности это неизвестно. Но документальные исторические материалы свидетельствуют, что он, безусловно, существовал пятьсот лет тому назад, будучи уже и тогда деревом, очень большим даже и по индийским понятиям о деревьях подобного типа. Самый способ их роста, образование все новых и новых стволов и все новых и новых корневых систем у этих стволов — все это определяет возможность существования подобных деревьев на протяжении не только многих столетий, но даже и тысячелетий. И если такие гиганты погибают, то не от дряхлости, а зачастую вследствие могучих катастрофических разрушительных сил природы, таких, как, например, ужасный шторм, уничтоживший знаменитый баньян на острове реки Нарбадды.

И самый этот факт в свою очередь вызывает вопрос:

— Какой же необычной силы должен быть ураган, если он вырвал с корнями тысячи стволов баньяна, разметал и уничтожил это фантастически огромное дерево-рощу или, скорее, даже дерево-лес?

 

 

cтр. 266-271:

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-08-11

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.