Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






Расположение слов и конструкций.


B примере использован ряд фигур мысли,которые определенным образом оформляют высказывание, выделяя особенности строя мысли автора.

Пример начинается словом “Народ...,” которое оторвано от последующей фразы и представляет собой начало намеренно прерванной мысли. Но это слово повторяется в последнем предложении уже в составе завершенной мысли. Эта риторическая фигура, называемая эллипсом,создает наложение (аппликацию) мыслей: одна мысль течет как бы в подводном русле, а на поверхность выходит другая, чтобы впоследствии слиться с первой в завершении фразы.

Другой фигурой, характерной для примера, является дважды использованный хиазм:фраза строится таким образом, что ее смысл развертывается не от начала к концу, а влево и вправо от центра, левая и правая части конструкции зеркально отражают друг друга и могут быть связаны как причина и следствие или как-нибудь иначе.

B первом предложении часть конструкции “от частого u бессовестного употребления” стоит перед словом “слово,” во втором предложении параллельная ей по смыслу часть стоит после слова “его”: “истинное значение”; ближе к центру слева стоят слова: “так истерлось, истрепалось u выцвело” и “что теперь почти невозможно определить,” которые уже непосредственно связаны по смыслу и синтаксически.

Так получается зеркальная структура параллельных элементов: 2—1-1—2, которая создает смысловой и одновременно фонетический ритм предложения.

Во втором предложении использован вариант хиазма эпанодос(превращение); здесь слова первого предложения повторяются в обратном порядке во втором: “жив еще сам народ” и “русский народ еще жив”: 1—2-3—4-4—3-2—1. Между этими частями стоят слова: “униженный u обманутый, обворованный u оболганный,” которые, образуя в составе конструкции фигуру парантезу (вставку), сами по себе также являются хиазмом: “униженный” параллельно “оболганный,” “обманутый” параллельно “обворованный,” поскольку унижен тот, кто оболган и обманут тот , кто обворован.

Такой разрыв синтаксических или семантических связей, создающий неожиданные смысловые группировки слов, называется в риторике силлепсом.

Если мы сопоставим фигуры слов и фигуры мыслей, то увидим, что одни фигуры вставляются в другие, а все вместе они создают особый смысл, дополнительный с точки зрения обычной последовательности слов. Благодаря использованию фигур речи фраза получает смысловую глубину и строится нелинейно,поскольку связи ее элементов образуют сложное смысловое пространство.

[1] От лат. еlосutiо — "выражение".
[2] История философии. Т. 1. М., 1957. С. 126.
[3] Лосев А. Ф. Очерки античного символизма и мифологии (1930). М., 1993. С. 720.
[4] Культура парламентской речи. М., 1993. С. 104.
[5] Культура парламентской речи. С. 102-103.
[6] Лопушанская С. П. Разграничение старославянского и русского староцерковнославянского языков // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 2: Филология. Вып. 2. Волгоград, 1997. С. 6-17.
[7] Прохватилова О. А. Православная проповедь как феномен звучащей речи. Волгоград, 1999.
[8] Бекетов А. Беседы о земле и тварях, на ней живущих. СПб., 1866. С. 60.
[9] Архимандрит Иоанн (Крестьянкин). Проповеди. М., 1998. С. 230.
[10] Архимандрит Иоанн (Крестьянкин). Проповеди. Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, 1994. С. 52.
[11] Письма Валаамского старца схиигумена Иоанна. М., 1996. С. 55.
[12] Митрополит Иоанн. Тайна беззакония. Русский узел. СПб., 2000. С. 15-16.
[13] От греч. ψόγоς — "упрек, осуждение, порицание".
[14] Митрополит Иоанн. Там же. С. 6.

Курс русской риторики.

Ритм речи.

Разделим пример на смысло-ритмические группы так, как он должен, членясь паузами, произноситься в ораторской речи.

Смысло-ритмические группы Число ударений Число слогов
Народ...
От частого и бессовестного употребления
слово это
так истерлось, истрепалось и выцвело,
что теперь
почти невозможно определить
его истинное значение.
Но, по счастью,
жив еще сам народ —
униженный и обманутый,
обворованный и оболганный, —
русский народ еще жив.

Смысло-ритмические группы по примерному соотношению (мы имеем дело с прозой, а не со стихом) числа ударных слогов и общего числа слогов подразделяются на три разряда краткие, средние и долгие, которые, как видим, повторяются и связаны с фигурами слов и мыслей.

Красота слога качественно отличается от других его качеств.

Первые четыре качества слога (правильность, чистота, ясность, уместность) отражают всего лишь речевую культуру говорящего и пишущего и предполагают, по существу, лишенную индивидуальности правильную линейную последовательность речи, которая обеспечивает надежную коммуникацию. Такая речь представляет собой последовательное склеиваниеслов и словосочетаний в соответствии с правилами языка.

Красота речи есть результат синтезавыразительных средств, создающего смысловую и выразительную глубину, многомерность слова.

II. Стиль.

B отличие от стилистики, наблюдающей стиль как факт, риторика понимает стиль как задачу.

Высокое достоинство мысли требует достоинства выражающего ее слова. Стиль не самовыражение, которое в лучшем случае рождает лишь стилизацию. Ритор создает стиль напряженным усилием выразить мысль, что удается, только если содержание, которое он сообщает, действительно достойно совершенного выражения.

Составляющие стиля.

Работа над стилем включает:

§ отбор и использование слов и словосочетаний, которые составляют основу содержания текста;

§ оформление и смысловую группировку мыслей в риторических фигурах;

§ организацию отдельных предложений текста, которая обеспечивает движение мысли в слове — осмысленное и ясное представление новой информации в отношении к сообщенной ранее, что достигается соответствующим замыслу порядком слов и словосочетаний в предложении (актуальное членение предложений);

§ обеспечение связности текста в виде упорядоченной зависимости последующих предложений от предшествующих (прогрессия и дискурсивная последовательность);

§ смысловое членение текста на отдельные, относительно завершенные мысли и выражение каждой мысли путем организации ее в конструкцию, выделения, смыслового и ритмического согласования ее частей (период);

§ развертывание отдельных мыслей путем их необходимого дополнения (амплификацию);

§ членение и организацию текста в целом, согласование приемов выражения и устранение длиннот и повторов и восполнение смысловых пробелов.

Лексические средства.

Слово связано в своем значении, строении, звучании с другими словами. В системе языка оно включено одновременно в несколько рядов объединенных или противопоставленных по тем или иным признакам слов. Такие ряды бывают двоякого рода: ряды слов, из которых мы выбираем нужное слово, и ряды слов, на основании которых мы отбираем уместное слово, отвергая другие, неуместные.

Мы выбираем слово из синонимических и паронимическихрядов.

Синонимаминазываются слова и устойчивые словосочетания, которые имеют близкие или тождественные значения и могут быть взаимозаменяемыми в контексте таким образом, что подстановка одного синонима вместо другого не влечет за собой изменения основного смысла предложения.

Например: спешить и торопиться, втихомолку и потихоньку, искренне и откровенно, аморальный и безнравственный.

Паронимами называются однокоренные слова, сходные по звучанию и значению, но не совпадающие в значениях.[15]

Например: деяние и действие, безответный и безответственный, существо и сущность, жизненный и житейский, прогрессирующий и прогрессивный, реактивный и реакционный, диалектный и диалектический.

Различие между синонимами и паронимами состоит в том, что неправильный выбор синонима приводит к неточности выражения, а неправильный выбор паронима является речевой ошибкой, так как приводит к изменению основного смысла предложения.

Действительно, мы можем употреблять синонимы вместе как однородные члены предложения, поясняя одним синонимом значение другого или строя риторические фигуры сгущения и наращения: “Началась анархия, то есть безначалие,” “яд религиозного индифферентизма, безразличия к святыням веры,” но не можем таким образом употребить паронимы: *“Смотрите, летят реактивные, реакционные самолеты.” В дальнейшем мы будем рассматривать в основном именно синонимические ряды слов.

Итак, синонимы употребляются двояким образом: скрытым, когда выбирается один из синонимов, и открытым — в контексте, когда синонимы уточняют, разъясняют друг друга, противопоставляются или составляют группу слов с объединенным значением.

Но как выбор, так и контекстное употребление синонимов предполагают их отбор на основании сочетаемости слова и тех несинонимических лексических рядов, в которые оно входит.

Рассмотрим пример.

* “Раннее (солнце, солнышко, дневное светило) (разбудило, активизировало, пробудило, подняло) меня (задолго, за много времени) до (колокольного звона, благовеста). (Как, каким образом) я (заснул, уснул, задремал, забылся сном), (полураздетый, полуодетый) не (знаю, помню). (Поднялся, встал, восстал, воспрянул, воздвигнулся) я (освеженный, свежий, с обновленными силами) и (веселый, здоровый, энергичный, бодрый), (будто, словно, как будто, точно) (за моей спиной, прежде, раньше, недавно, в недалеком прошлом) не была (пройдена, преодолена, брошена) почти тысяча верст (изнурительного, трудного, утомительного, мучительного, нелегкого, сложного) (дороги, пути, маршрута). Но (недуги, болезни, недомогания, страдания, немощи) мои (оставались, были, сохранялись, находились) при мне, даже еще как будто (сильнее, ожесточеннее, мучительнее, злее, болезненнее) (вцепились, впились, вгрызлись) в мой (прочно, крепко, основательно) (скроенный, сшитый, сделанный) организм, столько (времени, лет, годов) (ратоборствовавший, боровшийся, сражавшийся, воевавший, сопротивлявшийся, бившийся) с моими “лихими болестями” и (только, лишь) (в последнее время, недавно) (ставший, начавший) им (уступать, сдаваться, поддаваться) с (устрашающей, пугающей, зловещей, подозрительной, настораживающей, угрожающей) (слабостью, бессилием, пассивностью, беспомощностью).”

Синонимические ряды, представленные в примере, могут дать огромное количество вариантов фразы, при этом каждая из возможных комбинаций будет передавать то же основное содержание.

Выбор слова изсинонимического ряда зависит от собственного значенияэтого слова. Слова солнце, солнышко, дневное светило обозначают один и тот же предмет, но различаются нейтральным и уменьшительно-ласкательным значением, с одной стороны, и стилистическим значением регистра речи: среднего и возвышенного, с другой. Наречие задолго и наречный оборот за много времени различаются тем, что первое указывает на субъективное состояние говорящего, а второй — на объективно протекший промежуток времени. Глагол разбудить содержит значение активного действия субъекта (солнца), а глагол пробудить, пробудиться означает проснуться и направлен на объект действия. Форма слова благовест содержит значение благой вести, в то время как словосочетание колокольный звон нейтрально и никакой оценки не содержит.

Поэтому предложения: *“Рано взошедшее солнце подняло меня с постели за много времени до колокольного звона” и *“Раннее солнышко разбудило меня задолго до благовеста,” хотя и “несут одинаковую информацию,” но говорят различные, даже прямо противоположные вещи о самом важном — об отношении автора к предмету речи. В первом случае автор внутренне отстранен от события и даже как бы недоволен происшедшим; во втором случае он явно радуется солнышку, раннему утру, благовесту, узнает в солнышке живое существо и чувствует к нему теплую благодарность.

По большей части словамногозначны (полисемичны), хотя существуют слова с одним значением (кофе, зловещий). Среди значений слова выделяются основное и второстепенные, а также прямые и переносные. Значения слова могут быть не просто различными, но такими, что понятое в основном значении слово уместно в речи, а понятое в дополнительном значении — неуместно. Выбор слова из синонимического ряда часто определяется составом его значений.

Так, слова “тысяча верст утомительного пути” или “тысяча верст трудного пути” указывают на полисемию слова как на основание выбора синонима. Слово “путь” означает порядок и направление движения и в своем синонимическом ряду является так называемой доминантой, то есть словом с наиболее общим значением, которое может заменить остальные слова ряда. У “пути” помимо значения “дороги” имеются и иные значения, например, “жизненный путь,” “духовный путь.” Слово же “утомительный” имеет только одно конкретное значение “причиняющий утомление.”

B повествовании о конкретном событии, чтобы избежать ненужной ассоциации с “духовным путем,” уместно именно сочетание “утомительный путь,” а не “трудный путь.”

Слова и словосочетания могут быть нейтральными и эмоционально окрашенными (экспрессивными), разговорными и книжными.

Экспрессивное слово может содержать положительную и отрицательную оценку предмета. Выбор разговорного или книжного слова указывает как на близость или отстраненность автора и читателя, так и на самооценку автора. Выбор слова как нейтрального или экспрессивного, разговорного или книжного задает в первую очередь модальность речи — отношение говорящего к ее содержанию, а следовательно, выражает образ автора: эта модальность речи определяет общий взгляд автора и читателя на ее содержание.

Среди слов с экспрессивным значением особенно выделяются слова с уничижительнымзначением или оттенком значения, слова вульгарные и слова грубые с оскорбительным значением, которые запрещены вупотреблении (табуированныеслова). Вместо слов с уничижительным значением часто используются синонимические эвфемизмы,слова или словосочетания с тем же значением, но не несущие оттенка уничижительности.

Но принципиальный отказ от использования слов, обозначающих неприятные реалии, оценивается как манерностьречи, своего рода лицемерие, и потому отрицательно влияет на этическую оценку образа ритора. Поэтому, если речь идет, например, о недостатке совести у политика или журналиста, то правильным будет сказать прямо: “частое u бессовестное употребление слова.”

B примере синонимический ряд (недуги, болезни, недомогания, хвори, немощи, страдания) открывает автору широкую возможность пожаловаться на свои недомогания, но уместным оказывается слово “недуги” в эвфемистическом значении и ироническое употребление просторечной формы слова “болезнь” — “лихие болести.”

Слова могут быть исконными и заимствованными.

Заимствованные слова, в свою очередь, подразделяются на освоенные в языке и новые, несущие дополнительную информацию о своем происхождении. Освоенные языком заимствованные слова не всегда даже распознаются как иноязычные по происхождению, и существует множество незаметных переходов в степени осознания иноязычного происхождения слова: хлеб, богатырь, князь, русалка, капуста, башмак, сарафан, церковь, стихия, псалом, пробирка, томат, кофе, проблема, фантастика, этимология, фанфарон, активизировать, менеджмент, консенсус. Кроме того, язык, из которого заимствовано слово, небезразличен для его стилистической оценки.

Заимствованные слова могут иметь более или менее близкие синонимы в виде исконных слов (фанфарон — хвастун, консенсус — согласие), могут иметь в виде синонимов более употребительные заимствованные же слова (томат — помидор), но могут и не иметь близких синонимов исконного происхождения (организм, церковь, свекла, кофе).

Обычно, но не всегда, иноязычные слова оказываются более книжными и нейтральными, чем соответствующие им исконные русские или неотличимые в современном языке от русских церковнославянские (ср. активизировать — оживлять, но комбинация — сочетание, концепт — понятие).

Выбор слова по происхождению определяется его собственным значением, отношением к этимологии синонимов, но главным образом — содержанием речи. Неуместное использование иноязычных слов наряду с книжными создает комический эффект:

*“Ранний восход солнца активизировал меня задолго до колокольного звона. Как я заснул полуодетый, не помню. Воздвигнулся я с реабилитированным потенциалом нервной системы u энергично, как будто в недалеком прошлом мною не был реализован комплексный маршрут повышенной трудности почти в тысячу километров.”

Наконец, выбор слова определяется его местом в тексте. В начале текста автор свободен в выборе слова из синонимического ряда, но в дальнейшем этот начальный выбор будет определяющим для последующего отбора слов. В противном случае текст окажется стилистически непоследовательным, безвкусным.Чувство слова, эстетический вкус требует, чтобы общий образ речи сохранялся на всем пространстве текста.

Внимательно прочтем отрывок из “Поездки в Саровскую пустынь” С.А.Нилуса, чтобы по достоинству оценить ясную, емкую, удивительно соразмерную русскую речь этого замечательного писателя.

“Раннее солнышко разбудило меня задолго до благовеста. Как я задремал, полураздетый, не помню. Поднялся я свежий и бодрый, точно за моей спиной не была брошена почти тысяча верст утомительного пути. Но недуги мои были при мне, даже еще как будто злее вцепились в мой крепко скроенный организм, столько лет ратоборствовавший с моими “лихими болестями” и только в последнее время начавший им поддаваться с зловещей слабостью.

Стояло чудное летнее утро, когда я вышел из монастырской гостиницы и пошел к “святым” воротам, ведущим в самый монастырь, где сосредоточена вся святая пустыня и живет вся монастырская братия, рассеянная по келиям больших каменных корпусов. Довольством и богатством хорошо организованного хозяйства, и притом хозяйства крупного, дышит от каждой монастырской постройки: видно — не на день, не на два, а на времена вековечные строилось это братское общежитие. Теплый зимний и летний холодный соборы изумительны по своему великолепию, особенно, если их сопоставить с келиями братии: в них не только не видно следов роскоши, даже у самого настоятеля, но незаметно склонности и к обыденному комфорту, без которого современный изнеженный человек, кажется, уже и существовать не может. Простота и незатейливость келейной обстановки тех, по крайней мере, келий, куда я заходил случайным гостем, граничат с бедностью.”[16]

III. Тропы.

Тропом называется прием речи, состоящий в таком замещении речения (слова или словосочетания) другим, при котором замещающее речение, используясь в значении замещенного, обозначает последнее и сохраняет смысловую связь с ним.

Выражения “черствая душа,” “линия понимания вещей,” “столица мгновенно прервала свои занятия,” “не слышно русского гражданина,” “и меч u гром пушек не в силах занимать мир,” “мир в дороге, а не у пристани, не на ночлеге, не на временной станции или отдыхе” содержат тропы.

Читая эти выражения, мы понимаем, что “черствая душа” означает, во-первых, человека с душой, а не только душу, во-вторых, черствым бывает хлеб, поэтому черствая душа — это душа, которая, подобно черствому хлебу, лишилась способности чувствовать и сопереживать другим людям; что выражение “столица мгновенно прервала свои занятия” означает не сам город, а жителей города, которые ничего не рвали, а решительно прекратили свои занятия, подобно тому как разрывают веревку; что выражение “не слышно русского гражданина” означает, что ни один из многочисленных русских граждан не высказывается в письменной или устной форме, и потому, очевидно, отсутствует, либо вовсе не осталось людей, которые вели бы себя достойным гражданина образом, и т.д.

Каждое из этих слов — “черствый,” “линия,” “столица,” “не слышно,” “меч,” “гром пушек,” “мир,” “в дороге” — замещает другое слово и потому используется в несобственном, переносном значении.Переносное значение, однако, содержит связь того слова, которое использовано, с тем словом, вместо или в смысле которого оно использовано, и эта связь каждый раз представляет собой специфическое пересечение значений двух или нескольких слов, которое создает особый образпредмета мысли, обозначенного тропом.

Тропы часто рассматриваются как украшения речи, без которых можно бы и обойтись и которые, более того, порой делают речь излишне образной, темной и напыщенной. Отчасти это суждение верно — троп может быть средством художественного изображения и украшения речи, как, например, у Ф. Соллогуба: “В метафорический наряд речь стихотворная одета.”

Но троп не только средство художественного изображения, но и в гораздо большей степени — средство раскрытия смысла, например: “Личность, призванная к соединению с Богом... связана с природой урезанной, искаженной грехом...” (В. Н. Лосский); здесь выражение “урезанная природа” нужно, чтобы точно, емко и кратко передать мысль автора: “урезанный” означает “насильственно u неправильно ограниченный.” B прозаической речи троп является важнейшим инструментом определения и выражения смысла.

Троп родственен определению, но, в отличие от определения, способен выражать оттенок мысли и создавать смысловую емкость речи.

Многие слова языка, которые мы привыкли использовать, не особенно задумываясь об их значении, образовались как тропы. Мы говорим “электртеский ток,” “поезд пришел,” “сырая осень,” но также “Слово Божие,” “милосердие Божие,” “в руце Твои предаю дух мой,” но во всех этих выражениях слова использованы в переносном смысле, хотя мы часто не представляем себе, как можно было бы заменить их словами в собственном значении, ибо таких слов может и не быть в языке.

Тропы подразделяются на стершиесяобщеязыковые (как “электрический ток,” “железная дорога”) и речевые (как “сырая осень,” “черствая душа”), с одной стороны, и авторские(как “мир не у пристани,” “линия понимания вещей”) — с другой. Но между этими двумя разрядами тропов лежит третий: это такие выражения, как “Бог Слово,” “Десница Божия,” “Дух Святый.”

Если нет никакой необходимости размышлять о происхождении выражения “железная дорога,” то, осмысливая богословские понятия, следует понимать их внутреннюю форму и помнить, что прямое значение, которое они передают, абстрактно и доступно нам лишь отчасти и что мы здесь имеем дело со сравнением от доступного восприятию к недоступному для мысли.

Если мы обратим внимание не только на связь значений замещаемого и замещающего слов, но и на то, каким способом эта связь получается, то увидим различие приведенных выше выражений. Действительно, если замкнутый и недружелюбный человек подобен черствому хлебу, линия понимания вещей подобна направлению мысли, то столица включает в себя жителей, которые являются ее составной частью, голос есть условие речи, а речь — свойство человека, быть гражданином есть родовое свойство граждан, обнаженный меч есть символ войны, а извлечение меча из ножен предшествует бою.

Тропы различаются в зависимости от тех смысловых отношений (общих мест), которые лежат в их основании.

Метафора.

Троп, основанный на подобии, признак которого характеризует предмет мысли:

“И опять звезда ныряет в легкой зыби невских волн” /Ф. И. Тютчев/.

Метафора — самый значимый и употребительный троп, поскольку отношение подобия раскрывает широкий круг сопоставлений и образов предметов, не связанных обязательными отношениями, поэтому область метафоризации практически безгранична и метафоры можно видеть практически в любых видах текстов, от поэзии до документа.

B нижеследующем примере видно, как система метафор выстраивает философско-публицистический текст, в основе которого лежат два образа: разоренной сокровищницы и птицы, обессиленной ветром.

“При таком слепоми наивно морализирующем подходе все огромное хранилище духовной культуры оказывается опустошенным и сокровищаего извергнутыми; все творческое напряжение человеческого духа оказывается осужденным и запрещенным. Религиозно обескрыленный, осмеянный и низведенный; познавательно обессиленный и ослепленный;художественно урезанный ипорабощенный;лишенный прав, обороны и родины, человек остается к концуэтого противодуховного циклонажалким существом ободном, моральном измерении; и высшим понуждением его остается самопонуждение к безвольно-сентиментальной жалости.”[17]

Метафора легко развертывается в эпитет, сравнение, характеристику, притчу и даже в целый текст аллегорического характера, в котором персонажи, их отношения, действия и слова, сама композиция образуют целую сеть метафор.

Скатившись с горной высоты,

Лежал во прахе дуб, перунами разбитый;

А с ним и гибкий плющ, кругом его обвитый...

О Дружба, это ты!

В. А. Жуковский.

Метонимия.



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-09

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.