Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






СОЕДИНЕНИЕ И ПЕРЕВОД ЧЕТЫРЕХ ЕВАНГЕЛИЙ


 

ИСТОРИЯ ПИСАНИЯ И ПЕЧАТАНИЯ.

 

В 1879 г. Толстой пишет для себя самого, без мысли о печатании, работу,

в которой излагает историю своих религиозных исканий. В этом сочинении,

автором не озаглавленном и начинающемся словами: "Я вырос, состарился и

оглянулся на свою жизнь", он рассказывает о своем душевном состоянии, о

своем отчаянии, о поисках спасения в церковной вере. Далее он подвергает

критическому разбору основы церковной догматики и отвергает их как

противоречащие требованиям разума. Затем он излагает все четыре Евангелия -

те места их, которые представлялись для него имеющими понятное поучительное

значение.

Вслед за последовательным изложением всех Евангелий Толстой дает свое

понимание смысла евангельского учения. Сочинение заканчивается критикой с

точки зрения христианского учения насильнического общественного строя и

учения церкви.

Окончив это сочинение, Толстой в январе 1880 г. принимается за его

переработку. Около 4 февраля 1880 г. он писал Н.Н. Страхову: "Работа моя

очень утомляет меня. Я все переделываю - не изменяю, а поправляю сначала".

Прежде всего подверглась переработке та часть сочинения, которая содержала

критический разбор православной догматики.

С мая 1880 г. изучение Евангелий вступает в новую фазу. Толстой усердно

занялся изучением греческого текста Евангелий и его вариантов. Отвергнув те

толкования Евангелия, которые давала церковь, Толстой потерял доверие и к

точности переводов Евангелий, сделанных церковью. Он стал заново переводить

все те места Евангелий, которые, по его мнению, касались вопросов морали,

стараясь понять их, руководствуясь общим смыслом всего учения. При этом

особенное внимание он обращал на варианты евангельских текстов, ища в этих

вариантах подтверждения того смысла отдельных мест, который представлялся

ему наиболее соответствующим общему духу христианского учения. Работа эта

целиком захватила Толстого.

В письме к Н.Н. Страхову он писал: "Работы, работы мне впереди бездна,

а сил мало. И я хоть и приучаю себя думать, что не мне судить то, что выйдет

из моей работы, и не мое дело задавать себе работу, а мое дело проживать

жизнь так, чтобы это была жизнь, а не смерть, часто не могу отделаться от

старых дурных привычек заботиться о том, что выйдет, - заботиться, то есть

огорчаться, желать, унывать. -Иногда же, и чем дальше живу, тем чаще, бываю

совсем спокоен".

Толстой при переводе наиболее трудных и значительных мест Евангелий

обращался к латинскому переводу (Вульгата), к немецкому, французскому,

английскому переводам и справлялся в ряде лексиконов о передаче на различных

языках употребленных в Евангелиях греческих слов. Как видно из черновых

рукописей, Толстой пользовался преимущественно греко-немецким словарем W.

Раре, издания 1866 г.

Около 15 ноября 1880 г. Толстой писал Н.Н. Страхову: "Я очень

напряженно занят".

Около 28 мая 1881 г. Толстой писал Страхову: "Я живу по-старому, расту

и ближусь к смерти все с меньшим и меньшим сомнением. Все еще работаю и

работы не вижу конца".

Работа, как и в 1880 г., продолжается и летом. Она прерывается 10 июня,

когда Толстой вместе с слугою С.П. Арбузовым и яснополянским учителем Д.Ф.

Виноградовым отправился пешком в Оптину Пустынь, откуда вернулся в Ясную

Поляну 19 июня.

Наконец, в письме к Страхову, написанным по возвращении из Оптиной

Пустыни в конце июня или в начале июля, читаем: "Я недавно сделал

путешествие в Оптину Пустынь и в Калугу, и очень мне было хорошо. Теперь

сижу дома и понемногу занимаюсь все той же своей работой... Дело мое вот в

каком положении. Из большого сочинения, которое я после вас [то есть после

поездки Страхова в Ясную Поляну в феврале] и кончил и еще раз все прошел, я

сделал еще из Евангелия извлечение без примечаний, но с коротким

предисловием; и это-то извлечение, которое составит небольшую книгу, хочу

напечатать за границей; а большое покамест положить (по гордости своей, в

библиотеку). Извлечение это мне кажется готовым, и я думаю напечатать его

осенью. Большое же, может

(стр.278)

 

быть, буду, может -- не буду еще перерабатывать".

Работа, так долго и упорно занимавшая Толстого, теперь представляется

ему законченной. И в дальнейшем продолжительных периодов в работе над

"Соединением и переводом четырех Евангелий", по видимому, уже не было.

Слухи о новом, совсем необычном произведении знаменитого романиста

графа Л.Н. Толстого проникли в печать, и Толстой стал получать запросы от

незнакомых ему лиц. В ответ на письмо некоей З.И. Уразовой из Петербурга

(сведений о ней не имеем, и письмо ее неизвестно) он писал около 27 августа

1881 г.: "Точно, что я написал сочинение, которого главная часть есть

изложение Евангелия, как я его понял; но я еще не печатал его".

В первой главе своего сочинения "В чем моя вера?", начатого в 1883 г.,

Толстой так вспоминал о своей работе по исследованию Евангелий:

"О том, почему я прежде не понимал учение Христа, и как и почему я

понял его, я написал два больших сочинения: " Критику Догматического

богословия" и новый перевод и соединение четырех Евангелий с объяснениями. В

сочинениях этих я методически, шаг за шагом, стараюсь разобрать все то, что

скрывает от людей истину, и стих за стихом вновь перевожу, сличаю и соединяю

четыре Евангелия.

Работа эта продолжается уже шестой год. Каждый год, каждый месяц я

нахожу новые и новые уяснения и подтверждения основной мысли и исправляю

вкравшиеся в мою работу, от поспешности и увлеченья, ошибки, исправляю их и

дополнению то, что сделано. Жизнь моя, которой остается уже немного,

вероятно кончится раньше этой работы. Но я уверен, что работа эта нужна, и

потому делаю, пока жив, что могу".

Дальнейших сведений о работе Толстого над "Соединением и переводом

четырех Евангелий" не имеется. Работа была сделана (хотя Толстой и не считал

ее вполне законченной) и уступила место другим работам.

Приступив к новому переводу Евангелий с греческого языка, Толстой был

совершенно чужд церковного идолопоклонства перед буквой писания. Он исходил

из убеждения, что "представление о том, что Евангелия, все четыре, со всеми

своими стихами и буквами, суть священные книги, есть, с одной стороны, самое

грубое заблуждение, с другой -самый грубый и вредный обман" (предисловие к

"Краткому изложению Евангелия"). Характерен в этом отношении ответ Толстого

одному церковнику, ненавидевшему его за антицерковное направление. На вопрос

этого церковника: "Скажите, Лев Николаевич, как вы решились перевести

Евангелие?" - Толстой не без иронии ответил: "Что же тут особенного, что

поручик артиллерии перевел для себя книгу с греческого?"

Время работы над переводом и исследованием Евангелий в воспоминании

Толстого навсегда осталось временем не только напряженного умственного

труда, но и высокого духовного подъема. 19 мая 1884 г. он писал В.Г.

Черткову: "Это сочинение -- обзор богословия и разбор Евангелий -- есть

лучшее произведение моей мысли, есть та одна книга, которую (как говорят)

человек пишет во всю свою жизнь".

Н.Н. Страхов 19 июля 1883 г. писал- Н. Я. Данилевскому из Ясной Поляны:

"Л.Н. Толстой (может быть, вы слышали) выучился в эту зиму по-еврейски, и

это уже помогает ему в понимании Писания, главном его занятии. Иные из его

открытий в этом деле и поразительны своею верностию и приводят к важным,

глубоким результатам".

В середине октября 1886 г. в письме к М.А. Новоселову, указав по его

просьбе лучшие источники по истории христианства, Толстой прибавлял:

"Впрочем, не советую вам углубляться в эти занятия. Тот, кто в Евангелии не

сумеет отделить сердцем основного, тот никаким изучением критики не узнает

этого. А кто умеет отличать, тому не нужно. Умеет же отличать тот, кому

нужно руководство Евангелия для жизни, а не для мудрствования".

12 февраля 1889 г. Толстой записывает в Дневнике: "Помню то доброе

чувство, по которому я не боялся, что меня осудят за ошибки. Я знал, что

больше доброго, чем злого, что от сердца доброго исходят слова добрые, и

потому не боялся зла и не боялся осуждения, и теперь в хорошие минуты не

боюсь".

Кандидату Петербургской духовной академии А.А. Зеленецкому на его

письмо

(стр.279)

 

с возражениями против понимания Толстым греческого текста некоторых

мест Евангелий Толстой отвечал 15 марта 1890 г.: "Откровенно скажу вам, что

буква, слова не интересуют меня, и я часто сожалею, что придавал ей слишком

большое значение и делал, увлекаясь своими гипотезами, натяжки в толкованиях

буквы. И потому во всяких ошибках в толкованиях буквы охотно соглашаюсь. Дух

же учения не нуждается в толковании и не может измениться ни от каких

толкований".

В том же 1890 г., 12 декабря, Толстой писал И.Б. Файнерману

относительно вариантов евангельских текстов: "Не увлекайтесь вы этими

вариантами. Я это испытал, - это скользкий путь. Смысл каждого места -- во

всем Евангелии, и кто не может понять смысла отдельного места сообразно

всему духу его, - того ничем не убедишь".

Но критическое отношение Толстого к своим собственным филологическим

изысканиям не приводило его к сомнениям в верности его понимания сущности

христианского учения. Американскому мыслителю Адину Балу, в ответ на его

возражения относительно понимания Толстым мест в Евангелиях, касающихся

вопроса о непротивлении злу насилием, Толстой писал 21-24 февраля 1890 г.

(перевод с английского): "Я написал большую книгу - перевод, соединение и

толкование Евангелий, в которой я изложил все, что думаю по этим вопросам.

Положив в то время - десять лет тому назад - всю силу моей души на познание

этих вопросов, я теперь не могу ничего изменить, не проверив всего заново".

В 1895 г. в Лондоне вышел в английском переводе первый том "Соединения

и перевода четырех Евангелий". 27 марта 1895 г. Толстой писал переводчику

этой книги Д. Кенворти: "Книга превосходно переведена и издана. Я перечел

ее. В ней много недостатков, которых я не сделал бы, если бы писал ее

теперь, но исправлять ее уже не могу. Главный недостаток в ней - излишние

филологические тонкости, которые никого не убеждают: что такое-то слово

именно так, а не иначе надо понимать, - а напротив, дают возможность,

опровергая частности, подрывать доверие ко всему. А между тем истинность

общего смысла так несомненна, что тот, кто не будет развлекаться

подробностями, неизбежно согласится с ним".

В ответ на это письмо Кенворти писал Толстому 3 мая 1895 г.: "Ваше

сочинение о Евангелиях встретило удивительно мало внимания со стороны

критики. Невидимому, они не знают, как взяться за него. Оно явилось среди

других книг, как бы принесенное из совсем иного мира".

Толстой отвечал Кенворти 10 июля 1895 г.: "Продолжается ли издание

следующих томов The Four Gospels" [Четвероевангелия"]? Очень жалко бы было,

если бы оно остановилось на первом томе. Неполнота более всего помешала бы

пониманию сочинения. Я не удивляюсь тому, что книга эта так плохо продается.

Это не может быть иначе. Книгу эту нельзя понимать, перетолковывая ее

по-своему; нельзя соглашаться кое с чем, отбрасывая другое, а надо принять

всю, - не в ее подробностях, а в ее общем смысле, - или всю отбросить".

Последние исправления в текст "Соединения и перевода четырех Евангелий"

были внесены Толстым в 1907-1908 гг.

В 1907 г. московское книгоиздательство "Посредник" приступило к

переизданию труда Толстого. По желанию Толстого, сотрудник

книгоиздательства, близкий друг Толстого, С.Д. Николаев, взялся проверить

ссылки на варианты евангельских текстов по изданиям Тишендорфа и Гризбаха.

Все замеченные им неточности он указывал Толстому и вносил в его труд только

те исправления, на которые получал согласие автора. Толстой очень ценил

работу С.Д. Николаева по уточнению его ссылок.

Среди черновых рукописей "Соединения и перевода четырех Евангелий"

сохранились двенадцать не сшитых тетрадок, каждая из которых содержит одну

главу Евангелий в изложении Толстого. Левая сторона каждой страницы занята

текстами канонического Евангелия на русском языке; правая сторона отведена

под текст Толстого.

17 мая 1885 г. Толстой извещал В.Г. Черткова, что либеральный

московский священник A.M. Иванцов-Платонов выразил желание процензуровать

для на - печатания в двенадцатом томе собрания

(стр.280)

 

сочинений Толстого, подготовлявшемся его женой, запрещенные статьи

Толстого: "Исповедь", "В чем моя вера?" и "Так что же нам делать?". Толстой

передал ему эти статьи. Иванцов-Платонов сказал Толстому, что "хорошо бы

было напечатать еще выдержки из исследования подробного Евангелий", то, что

можно. Он берется за это". Толстой, чувствуя, что это "хорошо", согласился.

Но предприятие Иванцова-Платонова потерпело неудачу. Он действительно

написал примечания к трем названным выше работам Толстого, но ни его

примечания, ни сокращения, произведенные им в текстах Толстого не спасли

книгу: она была запрещена духовной цензурой. После этого нечего было и

думать о представлении в цензуру сделанного Толстым перевода и изложения

Евангелий. И рукопись осталась в архиве Толстого.

Вновь вопрос о печатании труда Толстого возникает лишь в 1890 г.

31 декабря 1890 г. Толстой пишет В.Г. Черткову: "Сегодня получил письмо

от студентов из Праги, которые просят рукопись большого Евангелия, чтобы его

напечатать. У меня нет рукописи - есть одна, и та не дома - и я решился

обратить этих студентов к вам. Я думаю, что вы им найдете эти рукописи и

пошлете им или укажете им, к кому им обратиться. Я же в этих делах, -

печатания таких вещей, которые я не считаю конченными, как этот перевод

Евангелия, держусь всегда одного: не забочусь об их печатании и не

препятствую".

Эти два студента, обратившиеся к Толстому, были словаки А. Шкарван и Д.

П. Маковицкий, впоследствии близкие друзья Толстого. В.Г. Чертков поручил

ответить им одному из своих помощников, который вступил с ними по этому

вопросу в переписку, не приведшую, однако, ни к каким практическим

результатам.

Издание труда Толстого было предпринято лишь в следующем, 1891 г. Сын

богатого сибирского золотопромышленника К.М. Сибиряков, сочувствовавший

взглядам Толстого и близко знакомый с работниками книгоиздательства

"Посредник", выразил желание дать средства на издание за границей

"Соединения и перевода четырех Евангелий". Доставить рукопись за границу

взялся П.И. Бирюков.

Получив согласие Толстого, П.И. Бирюков в августе 1891 г. выехал в

Женеву. В поезде рукопись (копию) у него украли. "Отчаяние мое было велико,

- пишет П.И. Бирюков в своей работе "Моя переписка с Л.Н. Толстым".-- Я

решил с горя поехать в Ясную Поляну за утешением. И я действительно получил

там утешение, какого искал...". От В.Г. Черткова Бирюков получил другую

копию рукописи и 8 сентября вторично выехал в Женеву.

В Женеве он предложил издание книги владельцу русской типографии,

печатавшему запрещенные в России статьи разных авторов, эмигранту М.К.

Элпидину.

Рукопись, привезенная Бирюковым для набора, была очень неисправна. Об

этом Бирюков писал Толстому в ноябре 1891 г.

"Работы довольно много, потому что рукопись - не первая копия, и в ней

много ошибок, надо приводить в порядок сообразно с типографскими условиями".

Первый том книги вышел в 1892 г. под названием: "Соединение и перевод

четырех Евангелий" графа Л.Н. Толстого, издание М.К. Элпидина. Второй том

вышел в 1893 г. и третий - в 1894 г. Издание оказалось крайне

неудовлетворительным - со множеством опечаток, часто искажающих смысл, и с

пропуском не только отдельных слов, но и целых строк текста.

В 1898 г. В.Г. Чертков, высланный из России, основал в Англии

издательство "Свободное слово" - главным образом для издания запрещенных в

России произведений Толстого.

В 1901 г. им было выпущено "Изложение Евангелия" Толстого,

представлявшее сводный текст "Краткого изложения Евангелия" и книги

"Соединение и перевод четырех Евангелий". В этом издании изложение

евангельских текстов было взято из "Краткого изложения", но к нему были

присоединены примечания, взятые из большого труда Толстого. Примечания были

взяты не все, а только те, которые объясняли смысл евангельского учения.

Примечания филологического характера были опущены. Всего было дано

восемьдесят шесть примечаний.

В 1901 г. Чертков начинает выпускать в своем издательстве полное

собрание

(стр.281)

 

 

всех произведений Толстого, в то время запрещенных в России. Первой

была издана "Исповедь".

26 марта 1902 г. Толстой писал Черткову: "Если вы соберетесь печатать

большое Евангелие, предпошлите ему маленькое предисловие (я не помню, писал

я такое или нет) такого содержания: "В книге этой есть много лишнего, в

особенности все филологические необычные толкования греческих слов в таком

смысле, чтобы они отвечали общему смыслу".

3 февраля 1904 г. помощник Черткова Е.И. Попов уведомил Толстого, что с

этого дня в издательстве "Свободное слово" начинается печатание нового

издания "Соединения и перевода Евангелий".

В 1906 г. издательством "Свободное слово" был выпущен первый том

сочинения Толстого под названием "Соединение, перевод и исследование четырех

Евангелий". Текст набирался по изданию Элпидина, но был проверен по копиям

из архива В.Г. Черткова. Были устранены грубые искажения и опечатки

элпидинского издания, но ошибки переписчиков не были исправлены. Второй и

третий тома "Соединения и перевода четырех Евангелий", вследствие

возвращения Чертковых в 1907 г. в Россию, в издании "Свободного слова" не

появились. После 1905 г. явилась возможность переиздания в России многих

произведений Толстого, раньше печатавшихся за границей. В 1906 г.

"Соединение, перевод и исследование четырех Евангелий" появилось в

приложении к журналу "Всемирный вестник".

Первый том был перепечатан с издания "Свободного слова", второй и

третий - с издания Элпидина. Последняя, заключительная, глава (быть может,

по цензурным соображениям) перепечатана не была.

В том же 1906 г. петербургский издатель Е.В. Герцик предпринял издание

"Полного собрания сочинений Л.Н. Толстого, ранее запрещенных".

Е.В. Герцик выпустил все три тома произведения Толстого. Петербургским

комитетом по делам печати было возбужденно против Герцика судебное

преследование по статье 73 Уголовного уложения (хула православной веры и

кощунство), прекращенное определением Петербургского окружного суда от 22

августа 1909 г.

В 1907 г. анонимным издательством в Петербурге было перепечатано

"Изложение Евангелия с примечаниями", выпущенное издательством "Свободное

слово" в 1901 г. Издание было конфисковано.

В том же 1907 г. московским издательством "Посредник" был перепечатан с

издания "Свободного слова" первый том "Соединения, перевода и исследования

четырех Евангелий". Книга вышла в количестве 6200 экземпляров и была

отпечатана в сентябре, а уже 3 октября Московский комитет по делам печати

наложил на нее арест. Однако ко времени получения постановления комитета

значительное количество экземпляров издания было уже получено издательством

из типографии и распределено по книжным магазинам. Оставшиеся экземпляры

были арестованы и препровождены в канцелярию московского градоначальника.

Вместе с тем комитет направил книгу судебному следователю Московского

окружного суда для возбуждения уголовного преследования против издателя по

статье 73-й.

Судебный следователь Московского окружного суда по важнейшим делам,

ознакомившись с содержанием первого тома книги Толстого, изданного

"Посредником", не нашел возможным согласиться с мнением Комитета по делам

печати "по вопросу о квалификации преступления". Судебный следователь нашел,

"что все евангельские повествования, а также все учение Иисуса Христа в

книге графа Толстого получает совершенно иной характер, соответствующий

основной идее автора и решительно противоречащий не только воззрениям

православной церкви, а вообще всех христианских вероучений. По мысли автора,

основным началом его истинного христианского вероучения служит совершение

дел Христа, то есть дел добра, единение людей и всеобщая любовь между ними,

а первым и главным догматом этого вероучения является разумение, которое

заменило Бога и которое и есть Бог. Эти главные положения автора книги и

легли в основу его нового вероучения, все же догматы православной церкви,

начиная от признания существования Бога как творца всей вселенной и кончая

внешним богопочитанием, признаны им вымыслом и совершенно опровергнуты.

Таким образом,

(стр.282)

 

 

все положения и мысли автора, инкриминируемые Комитетом по делам

печати, не соответствуют понятию того преступного деяния, которое

характеризуется текстом 73 статьи Уголовного уложения. Здесь нет ни хулы, ни

кощунства в их тесном смысле; хульные и кощунственные выражения автора

составляют естественное последствие той основной идеи, которая проводится в

книге и которая заключается в полном, бесповоротном отрицании всего

христианского вероучения и всех догматов православной церкви, начиная с

отрицания бытия Бога, Отсюда книга автора должна быть признана заключающею в

себе пропаганду нового еретического вероучения и выпущенную для совращения

из православия".

В июне 1908 г. в издательстве "Посредник" вышли в свет в одной книге

второй и третий тома "Соединения, перевода и исследования четырех

Евангелий".

25 июня 1908 г. типографией Кушнерева были представлены в Московский

комитет по делам печати экземпляры отпечатанных второго и третьего томов

"Соединения, перевода и исследования четырех Евангелий". Комитет сейчас же

наложил арест на книгу, так что издательством была получена только некоторая

часть из общего количества пяти тысяч экземпляров. 3 июля Комитет направил

заявление - теперь уже прокурору Московской судебной палаты - о том, что он

просит возбудить против автора названной книги графа Л.Н. Толстого, а также

против представителя книгоиздательства "Посредник" судебное преследование по

статьям 73 и 129 (возбуждение к ниспровержению существующего строя)

Уголовного уложения. Путем приведения ряда цитат Комитет доказывал, что

"книга является таким же, как и первый том, дерзостно-кощунственным

произведением печати, направленным к разрушению в народе веры христианской и

главным образом православной и к уничтожению в нашем отечестве и в других

христианских государствах всякого общественного и государственного строя".

Толстой, "задавшись преступной мыслью поколебать все устои, на которых

зиждется государственный и общественный строй, и главным образом веру

христианскую , "искажает, под предлогом научного исследования, текст и смысл

св. Евангелия четырех евангелистов, толкуя их так, чтобы толкование

подтверждало его буйственные затеи".

В то время (летние месяцы 1908 г.) приближался 80-летний юбилей

Толстого, о котором много писала прогрессивная печать. Это несомненно

оказало влияние на позицию, занятую в данном деле Московской судебной

палатой. Товарищ прокурора Московской судебной палаты в заключении своем от

11 августа 1908 г. находил, что содержание книги не дает оснований для

привлечения автора и издателя по 129 статье; что же касается обвинения по

статье 73, то привлечение к ответственности по этой статье должно исходить

от прокурора Московского окружного суда, которому и должно направить

переписку по этому делу. Московская судебная палата в заседании от 18

октября 1908 г. утвердила мнение прокурора.

Постановление судебной палаты не затрагивало, однако, судьбу книги,

изданной "Посредником". Эта судьба была решена постановлением Московского

окружного суда от 8 декабря 1910 г. Суд постановил: уголовное преследование

против редактора "Посредника" И.И. Горбунова - Посадова по 73 и 90 статьям

Уголовного уложения (статья 90 говорила о привлечении к ответственности за

совращение православных в секту) прекратить, а изданную им книгу уничтожить.

Тот ореол, которым в первые месяцы после смерти Толстого было окружено его

имя в русском обществе, давал И.И. Горбунову - Посадову надежду добиться

пересмотра приговора об уничтожении книги. Им была подана апелляция.

Московский окружной суд, пересмотрев дело в двух заседаниях, 8 марта и 14

октября 1911 г., утвердил прежний приговор в части, касающейся прекращения

преследования против Горбунова и отменил приговор об уничтожении книги.

Постановлением суда остался недоволен товарищ прокурора, который и

подал в Московскую судебную палату апелляционный протест. Московская

судебная палата рассмотрела дело 10 декабря 1912 г. и нашла, что

"рассматриваемое сочинение графа Толстого заключает в себе возбуждение к

переходу

(стр.283)

 

 

православных в секту, то есть признаки преступления, предусмотренного

90 ст. Угол, улож., так как Толстой во вступлении к исследованию Евангелия

говорит, что та вера, которую исповедует наша иерархия и которой она учит

народ, есть не только ложь, но и безнравственный обман; что свободно

мыслящие люди доказали ясно, что вся эта христианская вера со всеми ее

разветвлениями давно отжила, что пришла пора новой веры; что теперь, когда

толкование церкви о сыне Божием и Боге, о Боге в трех лицах, о деве,

родившей без повреждения девства, о теле и крови Бога, съедаемом в виде

хлеба и т.п. не может вместиться в здоровую голову, довод церкви о том, что

нельзя допустить толкование писания для каждого, не имеет никакого смысла.

Отрицая как ветхозаветную Библию как богооткровенный закон, так и

новозаветные книги, Толстой говорит, что книги еврейские могут быть занятны

для нас как объяснение тех форм, в которых выразилось христианство; чуждая

нам вера евреев занимательна для нас, как вера, например, браминов. Церковь

погрешила тем, что желая сильнее отринуть не признанное ею и придать больше

веса тому, что она признала, она положила огулом на все признанное печать

непогрешимости. Все свято: и чудеса, и деяния апостольские, и советы Павла о

вине, и бред Апокалипсиса. Приняв все на словах, церковь должна была на деле

отказаться от некоторых книг. Таковы вполне Апокалипсис и отчасти Деяния

апостолов, часто не только не имеющие ничего поучительного, но прямо

соблазнительное. Очевидно, что чудеса писались Лукою для утверждения в вере,

но теперь нельзя найти более кощунственной книги, более подрывающей веру.

Послание апостола Павла Толстой называет безобразным. Крест Толстой называет

виселицей, говоря: "поразительно недоразумение об учении Христа, начавшееся

при его жизни, приведшее его на виселицу и продолжающееся до сих пор".

Воскресение Христово, равно как и его чудеса, Толстой называет басней и

бессмыслицей. Ложь о воскресении Христа была во времена апостолов и

мучеников первых веков главным доказательством истинности учения Христа;

правда, эта же басня о воскресении и была главным поводом к неверию в

учение. Язычники во всех житиях первых мучеников христианских называют их

людьми, верующими в то, что их распятый воскрес, и совершенно законно

смеются над этим. Но христиане не видали этого, также как не видят теперь

попы в Киеве, что их набитые соломой мощи суть, с одной стороны, поощрение

веры, с другой - главные преграды для веры. О рождестве Иисуса Христа

Толстой говорит: "Была девица Мария; девица эта забеременела неизвестно от

кого. Обрученный с нею муж пожалел ее и, скрывая ее срам, принял ее. От

нее-то и неизвестного отца родился мальчик. Мальчика назвали Иисус. Значение

этого места то, что оправдывается позорное рождение Иисуса Христа от девы".

Изгнание Иисусом Христом из храма продавцов и менял Толстой называет

двукратным исполнением Христом полицейских обязанностей насчет чистоты

храма, толкуя соответствующие тексты Евангелия в том смысле, что Иисус

Христос пришел в храм и выбросил все то, что нужно для молитвы, точно так же

как теперь бы сделал тот, кто, придя в нашу церковь, выкидал бы все

просвиры, вино, мощи, кресты, антиминсы и все те штуки, которые считаются

нужными для обедни. Действия и слова Иисуса в храме выражают: "Ваше

богослужение есть мерзкая ложь, вы не знаете настоящего Бога. И обман вашего

богослужения вреден, и его надо уничтожить". Отрицая таинства, Толстой

именует Иоанна Крестителя "Иоанн Купало", а относительно таинства причащения

говорит: "зачем нужно пить вино и есть хлеб, называя это телом и кровию; как

ни толкуй, это останется не только непонятным, но, очевидно, чем-то

безобразным". По поводу толкования слов Спасителя: "что вы свяжете на земле"

- Толстой говорит: "и вдруг оказывается, что Иисус этими словами попам велел

исповедывать и собирать яйца. Это было бы смешно, если бы не было так

грустно..."-...что, таким образом, изданное фирмою "Посредник" сочинение гр.

Толстого под заглавием "Соединение, перевод и исследование четырех

Евангелий", как заключающее в себе признаки преступления, предусмотренного

90 ст. Угол, улож., подлежит, согласно 36 и 38 ст. Угол. улож. уничтожению

полностью, так как, кроме вышеприведенных выписок из этого сочинения,

(стр.284)

 

 

все три тома его наполнены не только толкованиями, возбуждающими к

переходу православных в секту, но и в высшей степени кощунственными

выражениями".

На основании этих соображений Московская судебная палата вынесла

постановление: "все три тома книги Толстого "Соединение, перевод и

исследование четырех Евангелий", изданные фирмой "Посредник", уничтожить

полностью".

Некоторое количество тиража изданного "Посредником" труда Толстого

все-таки удалось спасти и распределить по книжным магазинам.

В 1918г. московскими издательствами "Свобода" и "Единение", под

редакцией В.Г. и А.К. Чертковых, было переиздано "Изложение Евангелия с

примечаниями".

В 1923 г. "Соединение и перевод четырех Евангелий" было издано в

Берлине И.П. Ладыжниковым.

Таким образом, за время с 1892 по 1923 год произведение Толстого было

переиздано полностью четыре раза: один раз в Женеве, один раз в Петербурге,

один раз в Москве и один раз в Берлине. Первый том, кроме того, был

переиздан в Англии и в Петербурге.

В то время как Толстой определял название своего произведения, у него

была мысль "назвать свою работу исследованием", но он отказался от этой

мысли, равно как и от присоединения к заглавию слова "Объяснение".

К первому изданию Толстой сделал следующее предисловие:

"Друзья мои предложили мне напечатать это соединение и перевод

Евангелия, составленные мною 10 лет тому назад, и я согласился на это,

несмотря на то, что работа эта далеко не окончена и в ней много недостатков.

Исправить и окончить ее я чувствую себя уже не в силах, так как то

сосредоточенное, постоянно восторженное душевное напряжение, которое я

испытывал в продолжение всей этой долгой работы, уже не может возобновиться.

Но думаю, что и такою, какая она есть,

, работа эта может принести пользу людям,

если им сообщится хоть малая доля того просветления, которое я

испытывал во время ее, и той твердой уверенности в истинности открывшегося

мне пути, по которому я иду, чем дальше, тем с большей радостью.

Лев Толстой.

Ясная поляна, 29 августа 1891 г."

В предисловии к изданию "Свободного слова" Толстой писал: "Книга эта

была писана мною в период незабвенного для меня восторга сознания того, что

христианское учение, выраженное в Евангелиях, не есть то странное, мучившее

меня своими противоречиями, учение, которое преподается церковью, а есть

ясное, глубокое и простое учение жизни, отвечающее высшим потребностями души

человека.

Под влиянием этого восторга и увлечения я, к сожалению, не ограничился

тем, чтобы выставить понятные места Евангелия, излагавшего это учение

(пропустив то, что не вяжется с основным и главным смыслом и не подтверждает

и не отрицает его), но пытался придать и темным местам значение,

подтверждающее общий смысл. Эти попытки вовлекли меня в искусственные и,

вероятно, неправильные филологические разъяснения, которые не только не

усиливают убедительность общего смысла, но должны ослаблять ее. Увидав

ошибку (кроме того, что я был поглощен весь другими работами в том же

направлении), я не решился опять переделывать свою работу, отделяя излишнее

от необходимого, так как знал, что работа комментарий на эту удивительную

книгу четырех Евангелий никогда не может быть закончена, и потому оставил

книгу так, как она есть; и теперь в том же виде предоставляю ее к печатанию.

Те, которым дорога истина, люди не предубежденные, искренно ищущие

истины, сумеют сами отделить излишнее от существенного, не нарушив сущности

содержания. Для людей же предубежденных и вперед решивших, что истина только

в церковном толковании, никакая точность и ясность изложения не может быть

убедительна.

Лев Толстой.

Кореиз, 26 марта 1902 г."

(стр.285)

 

 

http://az.lib.ru/t/tolstoj_lew_nikolaewich/text_0510.shtml

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-08

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.