Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 10. Побег от великого и ужасного мистера Малфоя


Я здесь:

Где стынет свет и покой.

Я снова здесь,

Я слышу имя твое

Из вечности лет

Летит забытый голос,

Что бы упасть

С ночных небес холодным огнем.

В. Кипелов «Я здесь»

 

 

За последний час Северус побывал уже во всех домах, о которых когда-либо рассказывал ему Люциус. Едва он появлялся на пороге, внутреннее чутье говорило ему: «Ее здесь нет». Побывал он даже на окраине Лондона, где у его старинного приятеля была припасена квартирка для «неформальных встреч», как говорил Люциус.

Окна встретили его уютным теплым светом. Помедлив на пороге пару секунд. Снейп громко постучал в дверь. Дверь ему открыла молодая девушка, в которой отчетливо проступали черты, характерные всем Малфоям.

Теперь он стоял перед замком на берегу бушующего океана. На темном небе уже загорались первые звезды. Ветер стих, прекратив теребить облака.

Мужчина поднял голову на громадину зама. Он выглядел таким же неприступным, как если бы охранялся драконом. Но это конечно было абсурдом. Даже такая могущественная семья, как Малфои, не в состоянии позволить себе дракон.

Едва он подошел поближе, как огромный подъемный мост начал опускаться. Едва мост коснулся земли, как по нему словно вихрь промчался молодой мужчина. В мгновение до того как он исчез, Снейп признал в нем Драко. Бегом он устремился в раскрытый проем, оказавшись во внутреннем дворе.

Несмотря на то, что за окном стало уже давно темно, по потолку еще ползли блики света, бросаемые пламенем камина. Гермиона лежала и смотрела на них. Как ее угораздило попасть в такую переделку? Она не могла поверить, что ей мог заинтересоваться Малфой. Уж кто-кто, но он? В голове просто не укладывалось.

И тут послышался звон стекла, и с подоконника кто-то спрыгнул. Она повернула голову, и к своему удивлению увидела Северуса. Его фигура со стремительностью пересекла комнату, оказавшись прямо возле кровати.

- Добрый вечер, миссис Уизли. Не ожидали меня здесь увидеть?

Гермиона покачала головой.

- Возможно, стоит не развязывать Вас, что бы Вы снова не сбежали? - он вопросительно приподнял бровь.

Женщина снова замотала головой.

Тогда Северус наклонился и вытянул кляп изо рта. Потом взмахом палочки заставил веревки исчезнуть.

- Как Вы оказались здесь?

- Не могу избавиться от дурной привычки помогать студентам,- ответил Снейп в присущей ему саркастичной манере.

Он помог ей встать, Гермиона пошатнулась, почувствовав, как затекло все ее тело.

- Боюсь, мы не сможем выбраться так же, как я прошел сюда. Ворота заперты, разве мы сможем найти другой выход, - Снейп задумался, - и, кроме того, аппарировать отсюда тоже нельзя. В этом замке сильная магическая защита.

- Тогда можно сделать порт-ключ, - с сомнением протянула Гермиона. - Но это может быть опасно.

- Великолепно. Однако странно слышать от Вас об опасности: когда-то не было не одного пункта школьного устава, которого бы не нарушила гриффиндорская тройка.

Гермиона вспыхнула под его насмешливым взглядом.

- Ну вот, кажется, это должно вполне подойти, - Снейп извлек из прикроватной тумбочки расческу. В этот момент Гермиона увидела свою волшебную палочку Она лежала на секретере. С тихой радостью женщина сжала теплое дерево в ладони.

- Все готово, можем отправляться.

Гермиона и Северус взялись за порт-ключ, ощутив знакомый рывок. Через минуту они стояли на незнакомой Гермионе темной улице. Ее освещал единственный фонарь, возле которого кружились ночные бабочки.

- Где это мы? - спросила Гермиона, нервно озираясь по сторонам.

- Мы в Лондоне.

В воздухе повисло молчание. Снейп сверлил Гермиону глазами. Впервые ему было неловко начать разговор.

Нам необходимо поговорить, - он сжал ее руку, в которой до сих пор была зажата расческа. Она поморщилась от боли и вырвала руку, а расческа с металлическим лязгом ударилась об асфальт.

- Я благодарю Вас, за то, что Вы спасли меня, я также могу сказать, что Вы, стараниями Гарри, полностью оправданы, и я даже готова помочь Вам вступить в новый для вас мир. Но теперь, сэр, меня ждут дома.

- Благодарю, я не нуждаюсь в Вашей помощи. Доброй ночи, - губы Снейпа превратились в тонкую нитку.

Он завернулся в свою черную мантию и с тихим щелчком растворился в ночном воздухе. Гермиона, сдерживая слезы, последовала его примеру.

 

***

Гильярмина вышла через черный ход, надеясь, что ее не заметят из дома.

Она тащила тяжелый чемодан и ей пришлось пробираться в тени высоких тисов.

В небе висел полумесяц, то и дело скрывающийся за набегающими тучами. Вот впереди отчетливо проступила кованая решетка забора. Она отворила ворота и выскользнула на улицу.

Едва она прошла несколько метров, как из тени выскользнул Перси. Он уменьшил ее саквояж, а потом пройдя еще немного, они аппарировали.

Они очутились на причале. Черное хандрящее море лениво лизало причал. Капли брызг долетали до них, оставляя в воздухе соленый след. Гильярмина была здесь только в детстве, когда ездила к своей бабушке, перебравшейся в Париж. Бабушка умерла прошлой весной.

Через пару часов над блестящей водной гладью поднялась тонкая полоса зари. А Пассажирское судно плыло к берегу Франции.

Перси дремал, его спутница стояла, опираясь на борт судна, и смотрела на все удаляющуюся Великобританию. Она думала о том, что оставляет позади и что приобретет теперь. Будет ли решение ошибкой? Зачем она сделала все это? Почему безрассудство всегда ударяло ей в голову, заставляя необдуманно поступать?

Она не могла дать себе однозначных ответов на все вопросы, но теперь кажется, она нашла что-то, что уже давно пыталась найти в своих снах. Она нашла любовь… Да! Она все поняла. Это же так просто! Она не позволит никому вмешаться в сове счастье. Она обернулась и пошла в глубь палубы, где в шезлонге дремал Перси Уизли.

Глава 11. Недозволенные семейные радости*

Это не я, это не я,

Это игра света и темноты.

Это моя второе я

Ищет твое второе ты.

«Запрещенные барабанщики»

 

 

На следующее утро Северус, как и намеревался, появился в Лютом переулке. Он накинул на голову капюшон и притаился в темном углу на стыке зданий. Люди, ходившие здесь, не обращали на него внимания, хотя нет-нет, да и уставится на него чей-нибудь подозрительный глаз. Тогда он лишь опускал голову вниз так, что бы тень от капюшона полностью скрадывала лицо.

Как он и ожидал напротив магазина ходил человек, одетый так, чтобы не привлекать внимания. Может Снейп и не обратил бы на него внимания, если бы этот бедолага не прогуливался взад и вперед перед лавочкой, то с остервенелым вниманием вглядываясь в витрины малоприятных заведений, то оглядываясь через плечо на противоположную сторону и начало переулка. Его рука то и дело металась под мантию, где очевидно находилась волшебная палочка. Снейп усмехнулся. В том, что Монфор предатель Снейп никогда не сомневался. Просто иногда неплохо иметь связи среди таких людей. Но в том, что на выяснение обстоятельств жизни Снейпа направили неопытного молодого сотрудника, хоть и мракоборца, он видел личное оскорбление. Как бы там ни было, он добился, чего хотел. Теперь долгими ночами половина министерства не будет спать спокойно, зная, что Снейп живой и невредимый разгуливает где-то рядом. Ну, если и не половина министерства, то уж, по крайней мере, он мог бы назвать нескольких людей. А сколько секретов он мог бы выдать… Как там сказала миссис Уизли? Он реабилитирован? Чудесно! Хоть он никогда и не стремился к всеобщей славе, но его честолюбие просто молило о том, чтобы его вознаградили по заслугам. А так, как Поттер еще и остался жив, то у него теперь просто нет долгов перед совестью.

Он выглянул из-за угла и быстрым шагом проследовал по грязному переулку мимо мракоборца. Ну что ж пусть понервничают, но он не собирался выходить на свет. Ему всегда доставляло удовольствие нервировать других. Раньше.… Кажется теперь это не такое уж удовольствие. Он вздохнул и двинулся сквозь переход на Косой переулок. Там он купил

 

* Название позаимствовано из произведения «Господа Головлевы» Салтыкова-Щедрина.

 

свеженький номер «Ежедневного пророка». А так же зашел в библиотеку и попросил подшивку газет за прошедшие 19 лет. Библиотекарша, женщина лет сорока, вздрогнула при звуке его голоса и спросила, не встречались ли они раньше. Снейп вгляделся в ее лицо, но оно не показалось ему знакомым. «Может, и встречались – подумал он. – Ведь вряд ли можно забыть профессора Снейпа». Он снова усмехнулся.

- Я так не думаю.

Женщина сказала, что на хранилище может и не найтись такой прорвы старых газет, но обещала поискать. Когда женщина принесла ему четыре стопки аккуратно сложенной корреспонденции, в глазах у Северуса потемнело. Хотя он и любил читать и всю свою жизнь отчасти посвятил этому занятию, но даже ему можно было и не справится. С вздохом он приступил к просмотру.

Когда солнце августа нещадно палило над головой. Снейп облегченно вытянул ноги в кафе за чашкой мокко. Ему нестерпимо хотелось снять плащ. И он подумал, что уже достаточно узнал. А именно его заняло сообщение о том, как Кингсли стал временным, а затем и постоянным министром магии. Как под его началом стал работать юный Поттер и Уизли. Однако же потом, когда Поттер занял пост главы отдела мракоборцев, Кингсли по неизвестным причинным уехал из Великобритании, мало чего, не оставив о себе никаких сведений, а еще и назначив молодого Малфоя своим временным заместителем, вместо Гарри, в котором души не чаял. Дальше «Пророк» замолчал, начав воспевать «молодого, но такого способного» министра. Снейп не сомневался, что Кингсли каким-то образом убрали. Вот только как у Драко хватило ума на это? Профессор мог бы поклясться себе в том, что это могли бы быть проделки Люциуса. Он расплатился с барменом и поспешил домой.

Он подошел к немного покосившемуся зданию. На месте сада теперь возвышались деревья, за несколько лет разросшиеся от подножия гор к дому.

Дверь с ужасным скрипом заржавелых петель открылась, пропуская Северуса в затхлый пыльный холл. Цвет дорожки давно потерялся под слоем пыли. А в доме, не смотря на яркий день за окном, было почти темно из-за обилия паутины, опутавшей окна. Дом явно требовал уборки, и даже Снейп, не бог весть какой поборник чистоты, был вынужден это признать. Крыша прогнила и уже мечтала провалиться вниз. Обои отошли от стены и провисли серыми лохмотьями, как кожа какого-то растерзанного зверя.

Подобрав мантию, он прошел по коридору, оставляя следы в пыли ковра. Лестница под ним угрожающе заскрипела. Снейп мечтательно подумал о своем доме в Паучьем тупике. Пусть он никогда не был образцом уюта, но… Мужчина еще раз вздохнул и достал палочку. Может ручная уборка намного лучше волшебной, но ему и такая сойдет.

 

***

В доме Уизли с утра шла оживленная ругань. О дверь упала и разлетелась очередная фотография в стеклянной раме. Рон Уизли в бешенстве возвышался над открытым чемоданом, в котором медленно исчезали вещи его жены.

- Я просто не могу понять, что случилось! Ты пропадаешь, никого не предупредив. Могла бы хоть намекнуть, что могут быть сложности. С самого начала ведешь себя, как умалишенная. Теперь окончательно подтверждая диагноз, сбегаешь! Объяснит мне кто-нибудь, что, черт возьми, здесь происходит!

- Рон, я не могу тебе рассказать всего. Я просто не могу больше так жить, обманывать тебя. Когда-нибудь ты все узнаешь, но теперь я должна уйти. Поверь, так будет лучше.

Этот спор продолжался уже более 2х часов, с самого утра, когда Гермиона открыв глаза, вдруг заявила, что собирает вещи и уходит. Рону казалось, что он сошел с ума. Это должно быть сон, просто страшный сон.

Теперь он начал умолять ее не уходить, но она уже вызвала такси, и машина, хлопнув крышкой багажника, отъехала от их дома.

 

***

Сентябрь все смелее вступал в свои права. Лондон вздохнул с облегчением – ужасной жаре скоро придет конец, и все снова вернется на круги своя.

А в этот момент, в больнице возле дома Грейнджеров, их единственная дочь ме6дленно сползла на пластиковый стул в приемной. Рука все еще интуитивно сжимала лист с положительными анализами. Рядом с Гермионой возникла высокая блондинка в белом халате. Это была ее подруга времен магловского детства.

Она присела и ласково улыбнулась Гермионе.

- Как я рада за Вас с мужем! У Вас скоро появится третий малыш.

Миссис Уизли не сдержалась, и по лицу ее заскользили слезы. Она закрыла лицо ладонями и начала всхлипывать.

- Почему ты плачешь? – подруга погладила ее по спине. – Ребенок это всегда радость.

 

- Конечно, - Гермиона попыталась совладать с собой.

- Ты хочешь мне рассказать? – понимающе спросила медсестра.

- Нет, Анжела. Не думаю. Ты не поймешь…

Женщина встала и быстро затерялась в толпе посетителей.

Приехав в дом родителей, она не могла найти себе места. Женщина металась из комнаты в комнату, понимая, что просто так все оставить было бы не допустимо. Как она хотела все забыть. Но не смогла обманывать себя, Рона. Поэтому ушла, малодушно никому ничего не объясняя.

Но ясно было одно: он никогда ее не простит.

Обманывать мужа и дальше она просто не могла. Это крайне не справедливо к нему. Вообще о чем она только думала? Гермиона запустила в волосы руки. Ей снова хотелось плакать от безысходности. Она не могла себе представить, как предстанет перед Снейпом, после того, как так жестоко дала ему понять, что вовсе не собирается возвращаться.

 

Когда огромная ушастая сова постучала в окно, посреди приведенной в божеский вид комнаты, стоял огромный чемодан, содержащий почти все пожитки Северуса Снейпа.

Сова устало уселась на подоконник, и вытянула лапу, с привязанным письмом.

Знакомый, по многочисленным свиткам с домашними работами, подчерк выводил:

«Мистер Снейп!

Понимаю, что после нашей последней встречи, я не могу напрашиваться на Вашу благосклонность, но нам необходимо поговорить.

Я осмеливаюсь просить Вас о личной встрече.

Гермиона».

Внутренности Снейпа, казалось, сдавило плотным жгутом, а сердце пропустило удар. Он уже не ждал совершенно никаких новостей от нее. Он поклялся себе забыть ее. И у него это прекрасно удавалось. До последней минуты…

Он кинулся к чемодану, извлекая из него перо, чернила и пергамент. Бывший профессор готов был проклинать себя за мягкосердечие, но его рука уже вывела согласие на встречу.

Она села в кресло, все расплывалось перед ее глазами. Как такое могло случиться? Да, конечно, она была пьяна, но... Она не могла привести не одного рационального довода, почему все не могло произойти именно так. Зачем она прогнала его. Из-за Рона. Может потому что это Северус Снейп? Из-за детей. Ее семья... Как она могла поступить так с ними? Гермиона схватилась за голову. А может аборт? И никогда больше не вспоминать. Нет, она обхватила себя поперек талии. Она никогда так не поступит с ребенком. Со своим малышом. Она не привыкла бежать от проблем. Сердце обливалось кровью. С Роном они прожили бок о бок девятнадцать лет. Да что там! Они были знакомы почти всю жизнь. Раньше она не представляла себя без него. Но теперь она не чувствовала, что должна была остаться с ним.

Перед ее глазами все время вставало лицо Снейпа, его худое бледное запястье с меткой, прямая спина под ее рукой.…И то, что она сделала, теперь ничем не исправишь. Она не убийца. И тем более она не может сделать несчастными двоих людей: отца и ребенка. Решение пришло почти мгновенно. Она схватила перо и чернила и нацарапала письмо Северусу. Она не могла знать, как он ответит, но она молилась, чтобы он приехал.

Через три дня пришел ответ. Эти три дня Гермиона провела как в бреду. В письме строгим подчерком было выведено название бара. «Черный кардинал». О таком Гермиона даже не слышала не разу. Он обещал быть там с утра. Он говорил, что из-за нее ему приходится отложить свою поездку. Гермиона разъярилась: он решил попросту сбежать от всех трудностей. И даже не попытался воспротивится Гермионе, когда они стояли на окраине Лондона. Как она мог так легко сдаться?

 

Утром, выскочив на улицу, женщина попала под противно моросящий дождь.

- Будь проклят этот Лондон, - в сердцах воскликнула Гермиона едва не влетев в лужу, вольготно раскинувшуюся перед ее калиткой.

Затем Гермиона недоуменно остановилась. Она только сейчас поняла, что не знает, где находиться бар "Черный кардинал". Гермиона не могла сдержаться от горькой усмешки. Снейп во всем должен был быть примером оригинальности, будь то даже название бара, в который он зашел выпить стаканчик виски. Медленно она начала поддаваться паники. Если она не найдет этот бар, она могла быть уверена, что Снейп больше никогда не предоставит ей возможность все исправить. И даже не так. Гермиона была уверена, что больше никогда не увидит его. Надо было торопиться, дождь усиливался и, забираясь под капюшон, противно стекал по волосам и лицу. Она быстро пошла, сама не зная еще куда. Миссис Уизли уговаривала себя не плакать. Пока ей это удавалось, но она чувствовала, что силы уже изменяют ей. Она решила спросить у какого-нибудь волшебника месторасположение бара. (Логично, особенно если учесть, то, что бар для колдунов и всякого магического народца).

Конечно глупо было бы выйти в центр города и спрашивать у каждого прохожего не волшебник ли он. В конце концов, она только привлечет ненужное внимание магической и магловской полиции. "В дырявый котел",-пришла на помощь память. Да, немедленно в «Дырявый котел»! Этот дождь вымотал ей все силы, да и еще кажется слезы... Только их сейчас не хватало. Гермиона плотнее закуталась в плащ и телепортировала. В этот час бар был почти пуст. Старый бармен протирал и без того сверкающие бокалы, задумчиво вглядываясь капли дождя, стекающие по оконному стеклу. Гермиона подошла к стойке и спросила про "Черный кардинал". Бармен лишь загадочно сверкнул глазами и сказал, что у него ничуть не хуже.

У Гермионы мелькнула мысль немедленно перевернуть на бармена стоящий неподалеку бочонок сливочного пива. Но она сдержала себя, едва не заскрипев зубами от злости. Когда бармен повернулся к ней спиной, поставить бокал, Гермиона трясущимися руками достала из кармана галеон.

- Мистер, прошу Вас! У меня встреча в том баре. Вопрос жизни и смерти.

Бармен лукаво посмотрел на нее, взял галеон.

- Он в конце Лютого переулка.

Гермиона, на пути сказав спасибо, выскочила на внутренний двор бара, где должен был быть проход в Косой переулок. Едва отсчитав нужное количество кирпичей, Гермиона увидела все разрастающийся проем. Косой переулок встретил ее совершеннейшей пустотой. Мощенная булыжниками улица тихо серела, уходя в темноту. Она направилась по ней быстрыми шагами. С новой силой завыл ветер, снося капли дождя в сторону.

Еще одна улица, еще. Боже мой! Куда же мне идти. Вскоре Гермиона вышла на темную, неприглядную улочку. Двери некоторых лавок были открыты, а товары в витринах вызывали у Гермионы приступы тошноты. Стараясь как можно меньше вглядываться в их содержание, она быстро шагала вдоль стен, выискивая нужную вывеску.

Снейп быстро шагнул в кафе и скинул капюшон. Он был в странном расположении духа – все внутри него трещало от волнения, и в тоже время его всегда ехидные губы так и норовили сложиться в счастливую улыбку. Он прошел к стойке и присел на высокий стул. Заказав стаканчик содовой, он стал вслушиваться в разговор двух молодых дам рядом.

Одна горячо доказывала второй, что если чуть-чуть переборщить с настойкой папоротника в любовном зелье, то объект страсти может впасть в умопомешательство. Другая же робко заявляла, что это вызовет еще более пылкую привязанность.

- Позвольте вмешаться в предмет вашего спора, дымы, - обе девушки удивленно уставились на заговорившего мужчину. - Вызвать полное сумасшествие, можно только переборщив с побегами можжевельника. А настойка папоротника только усиливает иммунитет к антидоту приворотного действия.

Девушки в изумление захлопали глазами. Потом одновременно начали засыпать мужчину вопросами.

Через пятнадцать минут девушки начали допытываться у незнакомца его имя.

- Джон, - ответил он, и одарив девушек улыбкой.

Дверь в бар растворилась, пропуская поток воздуха в душный зал.

Снейп тут же ощутил на себе взгляд огненных глаз. Но не успел он повернуть голову, как в его плечо железной хваткой впились чьи-то пальцы. Над ухом его просвистело дыхание, а щеку защекотало волосами.

- Я вижу, Вы меня очень ждали, сэр. Я бы хотела поговорить с Вами об одном важном деле, но теперь думаю Вас не способным разрешить мои сомнения, - последние слова она выдохнула с яростью, повышая тон.

Девушки быстро окинули ее взглядом, и ретировались.

Гермиона отпустила руку от его плеча и уже собиралась отступить к двери, когда Снейп резко вскочил, притянув ее за руку к своей груди.

- Зачем бы Вы пришли, если знали, что я не в состоянии разрешить Ваши затруднения?

Гермиона дернулась из его объятий и прижалась, опустив голову ему на плечо.

- Я беременна. Может быть поэтому?

Эпилог

Звон стоит в ушах и трудней дышать.

И прядется не шерсть, только мягкий шелк.

И зачем мне право моя душа,

Если ей у тебя, мой гость, хорошо?

Хелависа «Рапунцель»

Они шли по дороге, а за их спиной на небольшой городок опускался закат. На самом краю города прямо в километре от леса, спускавшего с гор, стоял готический особняк. Его окна полыхали огнем в свете заходящего солнца, а стремящиеся к небу кусты жасмина огораживала витые чугунные решетки.

Калитка скрипнула, и за ограду вышел высокий мужчина лет 30. Он был чрезвычайно элегантен, и казалось, ждал кого-то, выглядывая на дорогу. Он окинул идущую мимо пару пренебрежительным выражением лица, однако отметил про себя, что высокий мужчина напоминает чем-то его младшего брата.

Гермиона и Снейп не заметили ни мужчину, ни особняка.

- Я люблю тебя, - Снейпу было трудно говорить. Никогда эти слова не слетали с его губ и теперь казались свинцовыми.

- Я тоже тебя люблю. Только тебя, - женщина робко взяла его за руку, и на этот раз рука, дернувшись, осталась в ее ладони.

Дорога до их домика, затерявшегося в предгорье, будет слишком коротка, для не высказанных слов нежданного счастья…

~Конец~



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-09

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.