Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава двадцать девятая, в которой мы узнаем, что происходило с Анечкой-Невеличкой, Соломенным Губертом и Негритятами, пока они спали


 

АНЕЧКА-НЕВЕЛИЧКА ПРИОТКРЫЛА рот, и в нём, откуда ни возьмись, появился кубик сахара. Это был замечательный кубик сахара. А был он замечательный потому, что почти не уменьшался. Анечка-Невеличка втягивала сквозь него все-все ароматы — чудесные эти, одурманивающие ароматы, причём сперва она чувствовала вкус мёда, потом земляники со сливками и, наконец, — апельсинового лимонада. Ох и полакомилась Анечка, ох уж она и полакомилась!

А пока она лакомилась и чудесный сахар потихоньку таял, Анечка сладко спала, точно в колыбели.

Когда засыпал Соломенный Губерт, ему показалось, что сверху опускается что-то очень ароматное и накрывает ему лицо, словно бы желая заслонить от света.

Что же это была за невесомая вещь, опустившаяся Соломенному Губерту на лицо? Уж кто-кто, а Соломенный Губерт знал, что это была его Соломенная Шляпа. Причём была она теперь из марципана, и Соломенный Губерт мог преспокойно обкусывать её поля. До чего же вкусны оказались марципановые поля шляпы! Они были так вкусны, что Соломенный Губерт обкусывал их, как обкусывают ломоть дыни, такие они были вкусные.

А когда он их обкусал, осталась от Соломенной Шляпы как бы маленькая соломенная чашка, в которой шипело ситро. Оно шипело и было холодным-холодным, прямо ледяным. Соломенный Губерт пил его большими глотками, а пока пил и пока оно убывало, убывала и чашка. Наконец, он сделал последний глоток, и соломенная чашка растаяла, словно вафельный стаканчик, когда мы слизываем с него последние капли ванильного мороженого.

Потом Соломенному Губерту сладко-сладко спалось, словно бы спал он на мягком-премягком диване.

Самый Старший Брат, засыпая, ещё немного помахал руками, словно бы показывая Маленьким Негритятам, как надо петь. Потом разинул рот, как будто пел слово «мак», а когда разинул, Маленькие Негритята тоже разинули рты, как будто пели слово «мак».

Стоило им разинуть рты, откуда ни возьмись, появилась стайка жареных рыбок, и рыбки эти влетели в их разинутые рты.

Тогда Маленькие Негритята закрыли рты, и раздалось: хрум-хрум! — так понравились Негритятам рыбки!

Потом все Негритята снова разинули рты, но так, словно бы пели слово «краса», и сразу же впорхнула в их рты стайка жареных чижиков, каждому — один; Самому Старшему Брату — самый большой, Младшим Братьям — поменьше, а Самому Младшему Брату — самый маленький. Тут послышалось — хруп-хруп! — и все Негритята проглотили чижиков.

Потом каждый из них проглотил по печёному кроту, по одному жареному пирожку с муравьиным мармеладом, вкусом напоминавшим мак с мёдом, по клеверному пудингу, причём только и слышно было — ням-ням! — вот как лакомились Негритята!

Вдруг, откуда ни возьмись, прикатил Занимательный Поезд, и вышли из него десять Негритят из племени Рыбушменов.

Они принялись лязгать медными тарелками, да так, что все Маленькие Негритята тотчас проснулись и вскочили на ноги. Соломенный Губерт тоже проснулся и вскочил на ноги, и Анечка-Невеличка тоже проснулась и вскочила на ноги.

Когда Самый Старший Брат увидел, что приехали Негритята из племени Рыбушменов, а не из племени Ли-липутаников, он даже присвистнул от удивления. Младшие Братья тоже присвистнули от удивления, и Самый Младший Брат тоже присвистнул.

— Приветствуем вас, Рыбушмены! Ваши Негритята! — сказал Самый Старший Брат.

— Спасибо вам, Негритята! Ваши Рыбушмены! — ответили Рыбушмены.

— Не перепутали ли вы, случайно, номер Занимательного Поезда? — спросил Самый Старший Брат.

— О нет! — ответили Рыбушмены. — Мы ведь не Лилипутаники.

— Тогда, значит, вас в Мастерской перепутали! — сказал Самый Старший Брат.

— Почему это нас в Мастерской перепутали?

— Наверно, потому, что у них карта спутанная.

— Почему это у них карта спутанная? Они ведь тоже не Лилипутаники!

— Потому что у нас тут — суша, а вы — Рыбушмены, и вам здесь будет тяжело дышаться, — сказал Самый Старший Брат.

— Нам будет легко дышаться, — сказали Рыбушмены и, улыбаясь, прибавили: — Вот вам тяжело будет дышаться.

— Нам-то легко будет дышаться. У нас — л ё г к и е. А у вас жабры. А жабрами у нас не подышишь.

— Наоборот, жабрами-то мы у вас хорошо подышим. А вот за вас беспокоимся. Лёгкими вам дышать будет нелегко.

— Отчего же нелегко? До сих пор мы дышали с удовольствием, и море нам было по колено!

— А теперь будет не по колено. Потому что скоро Потоп.

— Разве будет Потоп? — испуганно спросил Самый Старший Брат.

— Неужели будет Потоп? — спросили все Младшие Братья, а с ними и Самый Младший Брат.

— Настоящий Потоп? — воскликнул Соломенный Губерт.

— Потоп? — ахнула Анечка-Невеличка.

— Да. Будет Потоп. Оттого-то мы тут, — ответили Рыбушмены.

— Как может случиться Потоп, если дыры в морском берегу хорошо заделаны? — спросил Самый Старший Брат.

— Плохо они заделаны! — сказали Рыбушмены.

— Желаете убедиться? — спросил Самый Старший Брат.

— Желаем!

И Рыбушмены со всеми Негритятами отправились убеждаться, хорошо ли заделаны дыры. Соломенный Губерт тоже отправился убеждаться, и Анечка-Невеличка тоже.

Придя на берег, все убедились, что дыры не заделаны вовсе, и сквозь них на Остров уже хлынула вода.

— Кто раскупорил дыры? — воскликнул Самый Старший Брат и запричитал:

— Горе, братья, горе! Разыгралось море. Навалились тучи, Хмуры и могучи. Плачьте! Горе нам!

А Рыбушмены добавили: Так и надо вам!

— Почему нам так и надо? — спросил Самый Старший Брат.

— Потому что дыры раскупорили!

— Мы их не раскупоривали! — закричали хором Маленькие Негритята и начали причитать:

— В чёрной ночи день утоп, Надвигается Потоп, Будут воды притекать, Будут молнии мелькать, Сорок суток будет лить. Что нам делать? Как нам быть? Плачьте, братья! Горе нам!

А Рыбушмены добавили: Плачьте! Так и надо вам!

— Почему нам так и надо? — спросил Самый Старший Брат.

— Потому что не верили, что дыры раскупорены!

— Мы же их не раскупоривали, как же мы могли поверить? — спросили Младшие Братья.

— Уж не вы ли это сделали? — спросила Анечка Соломенного Губерта.

— Конечно, нет! И никому бы не советовал!

— Кто же тогда? — спросили Рыбушмены.

— Пусть объявится тот, кто раскупорил! — прокричали громовым голосом все Маленькие Негритята и Соломенный Губерт. Анечка так рассердилась, что тоже прокричала громовым голосом.

И сразу откуда-то выскочил Кролик. Он весь трясся, причём голова у него была опущена, а уши прижаты.

— Значит, ты раскупорил дыры? — крикнула Анечка, склонившись над дрожащим Кроликом.

Сверкнула молния, и над Островом прокатился оглушительный гром.

— Видишь, видишь, что ты натворил! — запричитала Анечка.

— Он будет казнён! — воскликнул Соломенный Губерт.

Кролика трясло, и, наверно, от тряски из него выпало что-то, похожее на дробинки. Дробинок этих было шесть. Они были зеленоватые и круглые, как полагается дробинкам, но на каждой стояло по букве. На одной буква «Д», на другой— «И», на третьей— «П», на четвёртой— «Л», на пятой— «О» и на шестой буква «М».

— Прочитайте, пожалуйста, что получается! — попросил Самый Старший Брат Соломенного Губерта.

Соломенный Губерт прочёл:

ДИПЛОМ

— Видишь, видишь, — сказала Анечка Кролику, — что ты натворил! Ничего себе Верховный Правитель был в Зоологическом Саду!

Кролика между тем трясло всё сильнее и сильнее. И снова из него выпало несколько дробинок, только на этот раз дробинки были совсем малюсенькие, причём на каждой виднелось по буковке, тоже малюсенькой.

Соломенный Губерт прочитал:

ПРОСТИТЕ МЕНЯ

— Простим его? — спросила Анечка Самого Младшего Брата.

— Раз он подал письменное заявление, придётся! — сказал Самый Младший Брат. И Кролика простили.

Анечка-Невеличка наклонилась к нему и сказала:

— Видишь, видишь, мы тебя простили!

Тут Кролик ещё ужаснее затрясся, словно ему было очень холодно, и выпала из него на кучку дробинок корона из клеверных листиков.

— Видишь, видишь, — сказала Анечка Кролику, — ты перестал быть Верховным Правителем. Теперь ты обыкновенный Кролик и не будешь больше сидеть на спине нашего Большого Друга.

— У меня идея! — вдруг сказал Соломенный Губерт.

— Какая? — спросили все Маленькие Негритята, все Рыбушмены и Анечка-Невеличка.

— Сказочная!

— Поделитесь! — попросили все, как один человек.

— Если все, как один человек, просят поделиться, я поделюсь, — сказал Соломенный Губерт.

И поделился:

— Попали мы в беду? — спросил он.

— Попали, — ответили все, но не как один человек. Ответили все, кроме Рыбушменов.

— А к кому решили мы обратиться, когда попадём в беду? — спросил Соломенный Губерт Анечку.

— К нашему Большому Другу!

— Кто он? — спросили все, как один человек.

— Корабль Пустыни! — ответили Соломенный Губерт с Анечкой-Невеличкой, как два человека.

— Корабль бы нам пригодился, — согласились Негритята.

— То-то и оно! Но как его вызвать? — сказал Соломенный Губерт.

— Я знаю как! — воскликнула Анечка и подняла с кучки дробинок корону из клеверных листиков. Потом наклонилась к Кролику и сказала: — Видишь, видишь, ты нам должен помочь, глупый Кролик. Назначаю тебя снова Верховным Правителем; однако не думай, что я делаю это просто так. Ты должен нам помочь!

Анечка-Невеличка положила Кролику на голову корону из клеверных листиков и сказала:

— Теперь ты, глупый ушастик, опять Верховный Правитель. Отправляйся, пожалуйста, в Зоологический Сад и прикажи Кораблю Пустыни привезти тебя к нам.

Едва на Кролике оказалась корона, он перестал трястись, гордо поднял голову и важно зашевелил носом.

— Только поглядите, как он важничает! — сказала Анечка.

Кролик и вправду страшно важничал, а когда Анечка пожурила его, отвернулся, словно бы не расслышал.

— Не сердитесь, Верховный Правитель! Вы вовсе не глупый ушастик, вы хитрый Верховный Правитель, такой хитрый, что просто ужас! — сказала Анечка. — Очень просим вас, господин Верховный Правитель, поручить Кораблю Пустыни доставить вас к нам.

Кролик церемонно кивнул и, важно шевеля носом, стал кланяться во все стороны, затем он церемонно и важно запрыгал к одной из дыр, а когда исчез в ней, Рыбушмены пожаловались, что им стало тяжело дышаться.

— Нам как-то тяжело дышится! — сказали они и сделали несколько вольных упражнений, чтобы легче дышалось.

Между тем на Остров обрушилась вода. Обрушивалась она большими, просто огромными волнами. А едваона обрушилась, Рыбушмены, которым стало плохо дышаться, бросились к этим волнам. Добежав до них, они весело попрыгали в воду, и сразу же им стало легче дышаться. Дышалось им всё легче и легче, пока не стало дышаться совсем легко.

— Подержите-ка волны, чтобы они так быстро не обрушивались! — крикнул Соломенный Губерт.

Рыбушмены принялись удерживать волны. Это было не просто. Стоило Рыбушменам ухватиться за какую-нибудь волну, та начинала вырываться, так что удержать ее было трудновато. И всё-таки Рыбушмены удерживали волны, борясь с ними, как силачи.

— Сможете подержать ещё минуточку? — спросил Соломенный Губерт.

— Ещё минуточку, похоже, подержим, однако дольше вряд ли, — ответили Рыбушмены, изо всех сил удерживая волны.

— А ещё минутку? — кричал Соломенный Губерт.

— Минутку подержим. Но уж точно, всего минутку.

Наконец они выбились из сил и закричали:

— Мы уже не можем удержать волны!

— Тогда отпускайте! — крикнул Соломенный Губерт, так как заметил, что из большой дыры, которую в давние времена прогрызли мыши, появился Корабль Пустыни.

Рыбушмены отпустили волны, и те покатились по Острову. А Соломенный Губерт, Анечка-Невеличка и все Маленькие Негритята помчались во всю прыть к Кораблю Пустыни.

Корабль Пустыни шёл, медленно покачиваясь, словно бы плыл. Подойдя к Соломенному Губерту, к Анечке и ко всем Маленьким Негритятам, примчавшимся во всю прыть, он, подогнув ноги, лёг. Когда он лёг, на спине его подпрыгнуло что-то маленькое и поникшее. Это был Кролик. Короны на кроличьей голове не было. Мало того — видно было, что с головы этой упал не один ус!

— Видишь, видишь, ты уже опять не Верховный Правитель! — сказала Анечка. — Но не горюй! Ты будешь у нас Кроликом Домашним, и больше ни один ус с твоей головы не упадёт!

Между тем волны катились по Острову так, что страшно было смотреть. Соломенный Губерт предложил Анечке-Невеличке вскарабкаться по его спине на спину Большого Друга. Поскольку Соломенный Губерт предложил это очень вежливо, Анечка-Невеличка не стала стесняться и влезла по его спине на спину Большого Друга. Удобно усевшись там, она подала Соломенному Губерту руку, а поскольку она её так мило подала, не застеснялся и Соломенный Губерт, ухватился за Анечкину руку, влез на спину Большого Друга и удобно устроился впереди Анечки, у которой на коленях сидел Кролик.

Самый Старший Брат взмахнул рукой, словно бы показывая остальным, как надо петь, разбежался и одним махом вспрыгнул на загривок Верблюда. Все Маленькие Негритята вспрыгнули вслед за ним и тоже одним махом, но уже не только на загривок, а куда пришлось.

Поскольку больше некуда было прыгать, Самый Младший Брат прыгнул одним махом за ухо Верблюду и удобно там устроился.

Когда все удобно устроились, Корабль Пустыни встал и, медленно покачиваясь, пошёл. Покачивался он медленно, словно плыл. Куда он плыл? Куда же он плыл?

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-09

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.