Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






Усталая жена сказала ему: «Ладно, поступай, как знаешь. Но почему ты думаешь, что тогда ты бросишь курить?»


В самом деле, если вы под гипнозом, это не кончится никогда. Смерть здесь не имеет большого значения: в следующей жизни вы начнете делать то же самое, потому что следующая жизнь начинает с того, на чем прервалась предыдущая: между ними нет разрыва. Так что, когда рождается ребенок, он уже очень стар, очень древен. Он приносит с собой все свои древние кармы, все свои самскары и всю обусловленность. Он начинает как старик — у него уже есть свой гипноз. Вот это индусы называют самскарами, кармами.

Что такое карма? В чем глубинный смысл теории о карме? Карма есть метод самогипноза. Если вы постоянно повторяете одно и то же действие, вы гипнотизируетесь им. Тогда эта карма, это действие становится хозяином, а вы — его раб.

Чего вы достигли благодаря сексу? Вы добились чего-нибудь? Или это просто повторение? Но вы повторяли это так долго, что теперь, если вы перестанете, вы чувствуете, что теряете что-то. Если вы продолжаете, то чувствуете, что ничего не достигаете. Если ничего не достигается продолжением его, тогда вы ничего не упускаете, остановив это. Почему же вы чувствуете утрату, прекратив заниматься сексом? Это просто старая привычка, самскара, обусловленность, карма. Вы проделывали это слишком много раз, и попали под гипноз секса. Теперь вы вынуждены повторять это, это стало непроизвольным, это стало навязчивой потребностью.

Смотрите, вот человек все время переедает: он знает, что это плохо, он страдает из-за этого, он все время болен, но когда он садится есть, он ничего не может с собой поделать, это вынужденное, непроизвольное действие. Почему это стало вынужденным действием? Потому что он делает это так давно, что загипнотизирован этим. Он пьян.

Однажды Мулла Насреддин пришел домой очень поздно, должно быть, было три часа ночи. Он постучал; жена была страшно зла на него, но Мулла сказал: «Постой! Подожди минутку, я сейчас тебе все объясню, а тогда уже говори. Я сидел у очень больного друга». Жена сказала: «Очень правдоподобная история; но скажи, как зовут этого друга».

Мулла Насреддин задумался и думал очень долго; наконец, он сказал, торжествуя: «Он был так болен, что не мог сказать, как его зовут!»

Ум, если он пьян, может находить оправдания, но все это так же ложно, как «он был так болен, что не мог сказать». Вы найдете оправдания для секса, найдете оправдания для курения, найдете оправдания своей жажде власти, но все оправдания хромают. Что имеет место в действительности — так это ваша неготовность увидеть и признать, что это стало произвольным, навязчивым, что вы одержимы, что вы под гипнозом.

Вот это и находит Иисус: все пьяны и в глубоком сне, вы не можете этого увидеть, потому что сами спите. Пока вы не пробудились, вы не можете осознать, что происходит вокруг. Весь мир в состоянии сомнамбулы, он бродит во сне. Вот откуда столько горя, столько насилия, столько войн. В этом нет нужды, но это неизбежно, потому что спящие и пьяные люди ни за что не ответственны. Если бы кто-то пришел к Иисусу и спросил, что ему делать, чтобы измениться, Иисус бы сказал: «Ты ничего не можешь сделать для этого, пока не проснешься». Что может сделать глубоко спящий человек, чтобы изменить свои сны? Что вы можете сделать?

С этим же вопросом люди приходили к Гурджиеву, а Гурджиев — человек, более всего представлявший Иисуса в этом столетии, а совсем не ватиканский папа... Гурджиев точнее всех представляет Иисуса, потому что он верил в тот же метод трения, с которым работал Иисус, и выработал его вновь. Он создал множество разнообразных крестов, чтобы люди рас­пинали себя на них и преобразились. Гурджиев тоже говорил, что вы не можете ничего делать до тех пор, пока вы не есть. А если вы не пробуж­дены, не бодрствуете, вас нет, вы просто верите, что вы есть. Эта вера не поможет.

Теперь посмотрите на эти изречения. Они очень глубоки, полны значения, смысла и могут стать для вас путеводными огнями. Запомните их!

Иисус сказал:

«Я стал посреди мира, и я явился им во плоти. Я нашел всех их пьяными, я не нашел никого из них жаждущими».

Иисус никогда не отрекался от мира, он стоял среди всех нас. Он не был эскапистом, он ходил по базару, он жил с толпой. Он говорил с проститутками, поденщиками, крестьянами, рыбаками. Он не уходил из мира, он оставался в нем, среди вас. Он знал мир лучше, чем кто-либо из тех, кто ушел из него.

Не удивительно, что проповедь Иисуса стала столь могущественной. Проповедь Махавиры никогда не была столь могущественной, и Иисус обратил полмира. Почему? Потому что он оставался в мире, он понял мир: его пути, его людей, его ум. Он общался с ними, он узнал, как они действуют — спящие, пьяные — и начал искать пути и способы разбудить их. В последнюю ночь, когда Иисуса схватили — или он устроил так, чтобы его схватили — когда разыгралась последняя драма, с ним был один из его учеников. И Иисус сказал: «Это моя последняя ночь, и я погружусь в глубокую молитву. Я буду молиться, а ты оставайся бодрствовать. Не засни! Я приду и посмотрю — и помни — это моя последняя ночь!»

Иисус отошел, а через полчаса вернулся. Ученик крепко спал. Он разбудил его и сказал: «Ты спишь, а я сказал тебе бодрствовать, ведь это моя последняя ночь. Будь внимателен, потому что меня здесь больше не будет! Тогда ты сможешь спать вечно. Но хотя бы пока я здесь, в последнюю ночь, бодрствуй!» Ученик ответил: «Прости меня, я так хотел спать, что ничего не мог поделать. Но теперь я постараюсь».

Иисус опять ушел молиться. Через полчаса он пришел опять, а ученик крепко спал. Он снова разбудил его и сказал: «Что ты делаешь? Скоро наступит утро, и меня схватят!» Ученик ответил: «Прости меня, извини меня, но плоть так сильна, а воля так слаба, тело так отяжелело — и я подумал, что плохого в том, чтобы немного поспать? Когда ты придешь, я буду бодрствовать».

В третий раз пришел Иисус, а ученик крепко спал... Но в таком же положении все ученики. Много раз приходил я к вам и находил вас крепко спящими. Когда бы ни пришел я к вам, я нахожу вас спящими. Сонливость стала просто второй вашей натурой. Что значит эта ваша сонливость? Она означает, что вы не сознаете, не замечаете, что вы есть — и тогда, что бы вы ни делали, это безответственно. Вы безумны, и все, что вы делаете, вы делаете, как пьяницы.

Муллу Насреддина поймали, когда он целовал чужую женщину на улице. Когда он вышел из суда, он сказал своему другу: «Это было очень жестоко; судья сначала оштрафовал меня на пятьдесят рупий за то, что я ее целовал — но когда он увидел эту женщину, он оштрафовал меня еще на пятьдесят рупий за то, что я был пьян! Потому что эта женщина была почти и не женщина — она была так уродлива, что никто не поцеловал бы ее, будучи в своем уме!» И все вы целовали самые отвратительные вещи на свете. Это могло случиться только потому, что вы пьяны и спите. Вы когда-нибудь думали о том, чем вы одержимы? Как мерзко! Можно ли найти что-нибудь более мерзкое, чем власть? Можно ли найти человека, более отвратительного, чем Гитлер, Наполеон, Александр? Но это и ваша мечта; в глубине души вы хотели бы быть похожими на Наполеона, Александра, Гитлера; добиться успеха в мире, обрести власть в мире. Но можете ли вы найти что-нибудь более мерзкое, чем они?

Власть — самая отвратительная вещь, но все хотят власти, господства. Замечали ли вы мерзость богатства? Оно неизбежно мерзко, оно не может быть красивым, потому что оно основано на эксплуатации. В нем — кровь, в нем - смерть, потому что только после того, как лишатся жизней множество людей, увеличится банковский счет. Нельзя найти ничего более отвратительного, чем это; но в глубине души все ищут богатства. Когда настанет день последнего суда, вас оштрафуют сначала на пятьдесят рупий, а когда бог посмотрит на те вещи, что вы целовали, вас оштрафуют еще на пятьдесят. Потому что вы были пьяны, иначе это было бы невозможно.

Иисус сказал:

«Я встал посреди мира, и я явился им во плоти...»

«И я не был духом...» — потому что многие Мастера все время посещают вас в духе. Будда все еще стучит в вашу дверь, но уже как дух. А если вы не можете видеть человека, который пришел во плоти, как вы можете узнать Будду?

В этом столетии, когда Е.П. Блаватская открыла — или переоткрыла - существование Мастеров, которые продолжают работать в духе и помогать тем людям, которые на пути, никто ей не верил. Думали, что она сошла с ума, и люди говорили: «Дайте нам доказательства — где эти Мастера?» Одним из наибольших успехов теософии было это новое обнаружение Мастеров, ведь каждый, кто стал Просветленным, остается в этом мире, потому что больше некуда идти. Это существование — единственное, которое есть. Так что он остается, но без тела, и его сущность продолжает действовать, помогать, потому что такова его природа - это не что-то такое, что он должен делать.

Это как свет: есть свет, и он освещает и освещает все, что вокруг него. Даже если путь безлюден и никто не идет по нему, свет все равно горит, потому что такова его природа. Если кто-то вступает на путь, то свет есть, и этот свет ведет его; не то, чтобы ему надлежало делать свое дело — это просто его природа. Где и когда бы ни стало просветленным существо, оно остается как проводник. Но вы не можете распознать проводника в духе, если вы не можете распознать проводника в теле.

Иисус говорит: «Я явился им во плоти — я был в теле, они могли меня увидеть, могли меня слышать, могли меня чувствовать, но все же они упустили возможность. Они упустили ее, потому что я нашел всех их пьяными. На самом деле их там не было, не было никакого сознания. Я стучался в их двери, но их не было дома».

Если Иисус придет к вам домой и постучит, будете ли вы дома, чтобы принять его? Вы будете где-то в другом месте, вас никогда нет дома. Вы странствуете и странствуете по свету, но не бываете дома. Где ваш дом? Внутри вас, там, где центр вашего сознания — вот где ваш дом. Вы никогда не бываете там, потому что только в глубокой медитации вы там. А когда вы в глубокой медитации, вы можете узнать Иисуса немедленно, пришел он в теле или без тела, не имеет значения. Если вы дома, вы распознаете его стук. Но если вас дома нет, что можно сделать? Иисус постучит, а вас не будет. Вот каков смысл слова «пьяный»: нет дома.

В самом деле, когда вы хотите забыться, вы принимаете алкоголь, наркотики; когда вы хотите забыть себя, вы пьете. Пьянство значит забвение, а вся религия состоит в воспоминании. Поэтому все религии решительно против пьянства. В пьянстве самом по себе ничего плохого нет; если вы не на пути, в этом нет ничего плохого. Но если вы встали на путь, ничего хуже быть не может, потому что весь путь состоит в воспоминании себя — а пьянство есть забвение.

Но почему вы хотите забыть себя? Почему вы так себе надоели? Почему вы не можете быть ясным, внимательным, чувствовать себя свободно? В чем дело? Дело в том, что когда вы внимательны, бодрствующие, одиноки, вы чувствуете себя пустым; чувствуете, как будто вы — никто. Вы чувствуете внутри «ничто», и это становится бездной. Вы пугаетесь, вы убегаете от этого.

В глубине себя вы и есть бездна, и вот почему вы убегаете. Будда называл эту бездну «не-я», анатта. Внутри никого нет. Когда вы глядите туда, это необъятная ширь, но там никого нет — только внутреннее небо, бездна, бесконечная и безначальная. Как только вы заглядываете туда, у вас начинает кружиться голова, вы убегаете, вы тут же спасаетесь бегством. Но куда вы сможете сбежать? Куда бы вы ни пошли, эта пустота будет с вами, ведь это — вы. Это ваше Дао, ваша природа. Нужно наладить отношения с ней. Медитация есть не что иное, как налаживание отношений со своей внутренней пустотой: узнавание ее, а не бегство; она означает жить через нее, а не убегать от нее. Тогда вдруг пустота становится заполненной жизнью. Когда вы не убегаете от нее, она — самая прекрасная вещь, самая чистая, потому что только пустота может быть чистой. Если там что-то есть, появилась грязь; если там что-то есть, появилась смерть; если что-то есть, появилась ограниченность. Если там что-то есть, там не может быть Бог. Бог означает великую бездну, окончательную пропасть. Она есть, но вы никогда не учились глядеть в нее. Это так же, как когда вы восходите на гору и смотрите в долину: у вас начинает кружиться голова. Тогда вы уже не хотите смотреть, потому что вас охватывает страх — вы можете упасть. Но никакая гора не столь высока, и никакая долина не столь глубока, как та долина, что есть в вас. И когда вы глядите внутрь, вы чувствуете головокружение, тошноту — вы тут же закрываете глаза и убегаете. Вы убегали в течение миллионов жизней, но так ничего и не достигли, вы и не можете достичь. Никуда не денешься — нужно наладить отношения с внутренней пустотой. А когда вы наладите с ней отношения, пустота вдруг изменяет свою природу — она становится Всем. Тогда она уже не пуста, не негативна, это самая позитивная вещь во всем бытии. Но дверь к ней — приятие.

Вот почему так притягивает людей алкоголь, марихуана, ЛСД — наркотики. Есть много видов наркотиков: физические, химические, умственные: богатство, власть, политика — все это наркотики. Взгляните на политика, он под наркотиком, он опьянен властью, он не ходит по земле.

Взгляните на богача: вы думаете, он ходит по земле? Нет, его ноги никогда не касаются земли, он высоко, он владеет богатством. Только бедняки ходят по земле, только нищие; богач парит в небе. Когда вы влюбляетесь в женщину, вы вдруг воспаряете; вы уже не ходите по земле: между вами и землей — ваша влюбленность. Теперь все качество вашего существа другое, потому что вы пьяны. Секс — глубочайший алкоголь, данный нам природой.



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-08

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.