Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






Распятие стало символом, крест стал символом, но для Иисуса крест означал нечто совершенно иное, и я скажу вам, что он означает для Христа.


В кресте есть две линии, обычные линии: одна горизонтальная, а другая — вертикальная. Вот каков крест — это перекресток, точка перекрещивания. Горизонтальная линия — это время: прошлое, настоящее, будущее; «А», «Б», «В», движущиеся по линии. Вы живете на этой линии. Вертикальная линия — это вечность, «сейчас». Оно всегда присутствует, для него нет прошлого и будущего. Оно идет выше и выше, оно движется вверх, а не вперед.

Время и вечность встречаются там, где распят Иисус; тот момент, когда Иисус умирает, это — сейчас. Если вы умираете сейчас, вы возродитесь, вы родитесь вновь. Тогда для вас нет смерти, так как время исчезает и вы вечны. Крест — это символ, символ встречи времени и вечности. И эта точка должна быть вашей смертью. Она не может быть ничем иным, так как когда вы исчезаете из мира времени, вы становитесь частью вечности. А они перекрещиваются. Где они перекрещиваются? Именно здесь и сейчас, они перекрещиваются в этот момент. Сейчас — это миг, в который существует крест. Но если вы продолжаете двигаться горизонтально, будущее, вы утрачиваете. Если вы начинаете прямо с этого момента двигаться вертикально, вы — на кресте: вы умрете таким, какой вы есть, и родитесь вновь — совершенно заново. Смерти не существует, это рождение дает Вечную Жизнь. Для Иисуса крест был символом времени: перекрещивание времени и вечности! Но для христиан он стал печальным символом страдания.

Если бы Иисус остался в Индии, а не ушел к иудеям, и если бы мы нарисовали крест, тогда крест был бы тем же самым, но Иисус отличался бы. Он был бы совсем как Кришна, экстатичным, его лицо улыбалось бы, все его существо улыбалось бы, потому что это — момент экстаза. Когда время исчезает, вы умираете для мира времени и возрождаетесь в мире вечности — в этот момент вы должны быть экстатичны. Это — то, что индуисты назвали самадхи.

Но христианство это утратило. Так случается всегда, ведь Иисус несет неудобство, он подобен червю в сердце, сосущему вас. Вы должны устро­иться в покое. Когда он мертв, тогда вы можете все устроить в соответствии с собой, тогда вы можете нарисовать Иисуса, соответствующего вам — тогда он ничто иное, как ваш представитель.

«Если они скажут вам», — а они скажут вам: «Откуда вы произошли?» — Скажите им «Мы произошли от света, где свет произошел от самого себя».

Мы пришли из Бога, мы — сыновья Бога; мы пришли из истока всего бытия. А исток всего бытия не имеет другого истока — он самопроизводящий, самосозидающий. У Отца нет иного Отца, Создатель не имеет иного создателя, Создатель — самосозидающая сила.

«...Мы произошли от света, где свет произошел от самого себя».

Если вас спрашивают: - «Каков знак Отца вашего, который в вас?»

Они спросят: «Вы стали Просветленным? Каков знак этого? Вы узнали Отца? Тогда каков знак этого? Дайте нам знаки», — потому что они не могут смотреть непосредственно, они всегда смотрят на знаки, они не могут проникнуть непосредственно в вас. Даже когда Будда здесь, вы просите о знаках, даже когда Иисус здесь, вы просите о знаках:

«Покажи нам какой-нибудь знак, так, чтобы мы могли понять». А Иисус — там. Разве этого не достаточно? Нет, вы не можете понять — он превосходит вас.

Люди приходили к Иисусу и спрашивали: «Действительно ли ты тот, которого обещали? Ты ли тот Избранный?» Они спрашивали его. Они должны были спрашивать его учеников в большей степени, потому что «они» всегда против учеников. Они — против Мастера, но еще сильнее они против учеников, ученики больше бывают среди них, чем Мастер; они живут среди них, они вынуждены жить среди них, и те будут задавать головоломные вопросы. Они будут спрашивать: «Каков знак Отца на вас? Превратите воду в вино, и мы поймем. Или оживите мертвого, или сделайте что-нибудь против природы!» Тогда они поймут.

Что сказал Иисус? Иисус не сказал: «Творите чудеса и дайте им знаки». То, что он сказал, одна из прекраснейших вещей.

Он сказал: «Скажите им: Это движение и покой».

Это — знак Бога в вас: движение и покой».

Очень трудно понять. Что он имеет в виду? Он говорит: «Мы движемся и все же в покое. Противоречие в нас исчезает. Теперь мы — синтез всех противоречий; мы говорим, и все же не говорим; мы говорим, и все же есть молчание; мы любим, и все же мы не любим, потому что нужда быть любимым исчезла, мы одиноки, и все же мы среди вас, вы не можете взволновать нашего одиночества. Мы — в толпе, но не от толпы, толпа не проникает в нас. Мы живем и движемся в этом мире, но мы не принадлежим к этому миру — мы можем быть в нем, но этот мир — не в нас...»

Вот что говорит Иисус: «Это движение и покой. Посмотрите на нас: мы движемся и все же, в движении нет напряжения; мы ходим, но в центре нашего существа нет никакого движения, потому что нет намерения, попасть куда-либо — мы уже достигли. Это — знак Отца в нас. Посмотрите на нас. Нет никакого желания, но все же мы постоянно трудимся; нет никакого намерения, и все же мы продолжаем дышать и жить. Посмотрите на нас: мы живем, и все же не живем. Вы видите нас во времени, а время для нас исчезло — мы вступили в вечность». Но это — знак настоящего Мастера, этот знак: движение и покой.

Для вас это было бы легко, если Мастер движется, служит людям, изменяет общество, создает великое движение к некоей утопии. Вам будет легко понять Ганди: постоянное движение, активность — политическая, социальная, религиозная — и преданность другим. Очень легко увидеть, что Ганди — Махатма, великая душа. Это очень легко, потому что есть движение, только движение, посвященное другим... Это — служение: не жить ради себя, а ради других. Или вы можете с легкостью понять чело­века, который удалился на покой, отрекся от мира и ушел в убежище в Гималаи — не говорит, не движется, ничего не делает; ни служения, ни социальной активности, ни религиозной деятельности, ни ритуала — он просто сидит там в молчании. Вы можете понять и его — он в покое.

Но оба выбрали только один полюс. Они могут быть очень хорошими людьми, хорошие люди есть, — но они не совершенны. У них нет знака Отца, совершенство — это знак. Они должны стать как Иисус: движущимися, и все же молчаливыми.

Движение и покой: жить в мире, не отрицая его — и все же полностью отринуть. Высшее случается там, где встречаются крайности. Если вы выбрали одно, вы упустили, вы утратили ориентир. Не выбирайте! Вот почему Лао-Цзы, Иисус и другие говорят: «Не выбирайте!» Выбирая, вы утрачиваете. Не выбирайте — дайте движению быть и дайте покою быть, пусть они пребывают вместе. Станьте симфонией, а не одной нотой. Одна нота проста.

Я слышал историю о Мулле Насреддине: у него была скрипка, и он постоянно брал на ней одну ноту. Вся семья волновалась, соседи сер­дились и говорили ему: «Что это за музыка? Если ты учишься, тогда учись правильно. Ты постоянно берёшь одну и ту же ноту… и это так уто­мительно, что даже днем все засыпают».

И жена Насреддина говорила: «Ну, хватит! Мы это слушаем месяцами, таких музыкантов не бывает! Что ты делаешь?»

Насреддин сказал: «Другие пытаются найти свою ноту, я ее уже на­шел. Вот почему они все время меняют ноты, они еще на пути, они ищут нужную ноту. А я уже нашел, так что я достиг цели».



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-08

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.