Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ


Ахмедова А. М.

Россия, г. Улан-Удэ

Общественные перемены, произошедшие в последние десятилетия, кардинально повлияли на политическую и социальную ситуацию во всем мире и привели к активизации миграционных процессов.

В течение XX века наблюдалось интенсивное расширение миграционных потоков, а к концу века феномен миграции стал составляющим фактором всех глобальных проблем. В этих условиях проблемы регулирования миграции населения выходят за рамки национальной демографической политики и требуют новых комплексных и неординарных подходов к их решению, соединения усилий различных государственных и межгосударственных правовых институтов.

В то же время следует отметить, что есть и несомненные позитивные тенденции в сфере развития национальных интересов как России, так и стран Дальнего Востока в сфере миграции, принятием целого комплекса законодательных актов, направленных на совершенствование правового регулирования общественных отношений.

Политико-правовое регулирование миграции обеспечивается часто противоречивым законодательством, отличающимся не только большим объёмом, но и малой эффективностью реализации национальных интересов. В такой ситуации принятие новых нормативных правовых актов, хотя бывает и своевременным, но наталкивается на системную нескоординированность, порождающую юридические коллизии.

Таким образом, назревшая актуальность разработки концепции миграционно-правовой политики с новых методологических позиций, систематизации миграционного законодательства предполагает анализ системных свойств регулирования миграционных процессов с учётом накопленного мирового опыта и национальных интересов стран в новых исторических условиях. Очевидно, что без определения приоритетов миграционно-правовой политики и основополагающих начал миграционного права невозможно становление и совершенствование действующего миграционного законодательства и формирование отрасли миграционного права. Такой подход обуславливает актуальность и перспективность темы данного исследования.

Для начала рассмотрим, что такое миграция и собственно миграционно-правовая политика государства.

Миграция - это совокупность общественных отношений, возникающих в связи с территориальным добровольным или принудительным перемещением людей, обусловленных международным и внутригосударственным правовым регулированием, а в ряде случаев для определённых категорий лиц, сопровождаемых изменением их правового статуса (положения).

Миграционно-правовая политика представляет собой отношения, возникающие между участниками миграционного процесса по поводу реализации их прав и обязанностей, связанных с въездом в страну, выездом из страны, пребыванием и проживанием на её территории[1]. Миграционная политика - это согласованная и целенаправленная деятельность органов государственной власти и местного самоуправления, направленная на выполнение комплекса политических, правовых, экономических, социальных, культурно-просветительных, информационных мероприятий, обеспечивающих эффективное регулирование миграционных процессов.

Основой миграционно-правовой политики в Российской Федерации являются права и свободы человека, закреплённые международными правовыми документами, Конституцией Российской Федерации и другими нормативными правовыми актами, регулирующими правоотношения в сфере миграции.

Специфика миграционной ситуации в России состоит в том, что Российская Федерация находится на начальном этапе формирования механизма управления миграционными процессами, главной задачей которого является обеспечение и реализация интеллектуального и трудового потенциала мигрантов в целях решения задач по устойчивому социально-экономическому и демографическому развитию страны и укреплению её национальной безопасности. Управление миграционными процессами – согласованная целенаправленная деятельность органов государственной власти и местного самоуправления по созданию системы стимулов и запретов, определяющих направление и интенсивность миграционных потоков.

Формирование современного миграционного права и миграционного законодательства России сочетает: с одной стороны, адаптацию российской правовой системой международных стандартов регулирования правоотношений в сфере миграции, с другой - тенденцию, выраженную в специфике содержания локальных нормативно-правовых актов [2]. В данном случае речь идет о том, что Россия заключает ряд договоров со странами Дальнего Востока по сотрудничеству и взаимодействию в сфере миграции. Помимо этого, в Российской Федерации имеется ряд нормативно-правовых актов, регулирующих и контролирующих миграционные процессы внутри государства.

Регулирование миграционных процессов и их проектирование является результатом реализации концепции государственной миграционной политики. Поскольку право является основным способом регулирования миграционных процессов, то концепция должна быть основана на теоретико-правовых принципах миграционного права, без чёткого определения которых невозможно ни формирование, ни реализация норм миграционного права.

Миграционные правоотношения являются органической частью всей правовой системы России. Кроме того, Российской Федерацией признаны международно-правовые стандарты обеспечения и защиты прав человека.

В свою очередь, мы можем сказать, что основными направлениями в будущей миграционно-правовой политике российского государства в сфере формирования и совершенствования принципов миграционного права должны стать:

- разработка комплексного подхода к созданию условий приёма и размещения вынужденных мигрантов;

- обеспечение переселенцев, с одной стороны, и экономического развития принимающего региона с другой;

- создание системы готовности к массовому приёму вынужденных мигрантов при возникновении чрезвычайных ситуаций;

- выработка механизма расселения и обустройства беженцев и вынужденных переселенцев.

Для оптимизации миграционно-правовой политики и определения основных принципов миграционного права, главным приоритетом которых должно стать создание таких условий, при которых каждый человек мог бы реализовать себя там, где он живет, и не стремился бы к перемене места жительства, необходима политическая воля. Государство обязано создать запас средств для предупреждения вынужденной миграции и реагировать на основные нужды людей во всех случаях, когда их переселение необходимо и оправдано.

Таким образом, формирование и реализация миграционно-правовой политики России являются основополагающими направлениями деятельности государства в сфере миграции населения, связующим звеном всех её элементов.

В Китайской Народной Республике специфика миграционной политики имеет несколько иной характер. Одним из основных направлений миграционной политики Китая является привлечение из-за рубежа нужных специалистов [3].

Миграционная политика КНР обладает в известном смысле своей особой спецификой. Суть ее заключается в том, что на фоне широкомасштабной экспансии за рубеж избыточной китайской рабочей силы в самом Китае в последнее время, с одной стороны, наблюдается активное привлечение из-за границы высококвалифицированных специалистов, с другой - ведется строгая борьба с незаконной миграцией, жестко пресекаются малейшие попытки увеличить народонаселение Китая за счет несанкционированного въезда в него нежелательных мигрантов [4].

Таким образом, одним из основных направлений миграционной политики Китая было и остается привлечение из-за рубежа необходимого количества нужных специалистов. Руководство Китая осознает, что развитие экономики и прогресс общества невозможны без высококлассных специалистов. При этом в Китае учитывается опыт реализации миграционной политики в других странах мира.

Для привлечения специалистов из-за границы китайское Правительство принимает меры двоякого характера. С одной стороны, оно активно призывает к возвращению в Китай тех своих граждан, которые учились за границей [5]. С другой стороны, китайское Правительство стало активно стимулировать иммиграцию в Китай иностранных специалистов.

Именно для более широкого привлечения специалистов-мигрантов в 2004 г. китайское Правительство обнародовало Правила о порядке, санкциях и контроле за постоянным жительством иностранцев в Китае. Введение этого нормативного акта способствовало усилению притока иностранных специалистов в Китай.

Другим важным направлением миграционной политики Китая является строгая борьба с незаконной миграцией [6]. Самое большое количество незаконных мигрантов нелегально переправилось в Китай из КНДР. По имеющимся данным, в период с 1983 по 2009 г. из Северной Кореи незаконно перебрались в Китай около 400 тыс. мигрантов.

В октябре 2004 г. в г. Вэньчжоу Министерство общественной безопасности КНР провело дискуссию по проблемам борьбы с правонарушениями и преступлениями, совершаемыми незаконными мигрантами. В ходе дискуссии были проанализированы состояние, структура и динамика противоправных действий, совершаемых мигрантами, обобщен опыт борьбы с этим негативным явлением, рассмотрены вопросы сотрудничества с сопредельными странами по противодействию незаконной миграции. По результатам проведенной дискуссии Правительство разработало и приняло ряд мер [7].

В первую очередь стало активно развиваться международное сотрудничество по предупреждению незаконной миграции. Китай не только решительно борется с незаконной миграцией своими силами внутри страны, но и сотрудничает в этой области более чем с 40 странами, в том числе с государствами Европейского союза и с Россией.

16 июля 2001 г. Китай и Россия в г. Москве подписали Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, ст. 20 которого предусматривает, что Китай и Россия будут совместно бороться с незаконной миграцией, в том числе бороться с лицами, которые через свою территорию незаконно перевозят физических лиц.

В целях повышения уровня взаимодействия обоих государств в сфере регулирования миграционных процессов, в том числе в области совершенствования договорно-правовой базы сотрудничества, упорядочения миграционных потоков, регулирования внешней трудовой миграции, обеспечения законных прав и интересов мигрантов, принятия согласованных мер по предупреждению и борьбе с незаконной миграцией, 20 марта 2006 г. Россия и Китай создали Совместную рабочую группу по вопросам миграции [8]. Основными направлениями деятельности рабочей группы являются подготовка предложений по совершенствованию нормативной базы обоих государств в области миграции, укрепление сотрудничества сторон в сфере предупреждения незаконной миграции, обмен информацией о методах и способах пограничного контроля, совершенствование механизма защиты законных прав и интересов мигрантов.

Китайские и российские государственные деятели обратили внимание на миграционные проблемы. 26 марта 2007 г. Председатель КНР Ху Цзиньтао и Президент РФ Владимир Путин подписали в г. Москве Совместную декларацию КНР и России, еще раз подтвердив результаты сотрудничества России и Китая в сфере миграционной политики [9].

В Китае было принято решение совершенствовать миграционное законодательство [10]. Во многих странах мира давно приняты и действуют специальные миграционные законы, выступающие важным средством регулирования миграционных правоотношений. Этот опыт следует учесть и китайскому законодателю.

В настоящее время в Китае не существует и специального органа, который занимался бы исключительно проблемами миграции. Многочисленные государственные органы, управляющие миграционным процессом в Китае, плохо скоординированы между собой, зачастую дублируют одни и те же функции или, наоборот, оставляют без должного внимания отдельные звенья сложного миграционного процесса. Все это снижает эффективность реализации миграционной политики в КНР. Создание специальной миграционной службы позволило бы устранить отмеченные недостатки и, как следствие, повысить результативность борьбы с незаконной миграцией в Китае. В этой области примечателен опыт Российской Федерации.

Таким образом, особенностями современной официальной миграционной политики КНР являются:

- содействие укреплению своих позиций на мировом рынке трудовых услуг;

- борьба с нелегальной иммиграцией;

- активная защита прав китайских граждан за рубежом;

- поощрение осевших за границей ученых к возвращению на родину.

Подводя итог вышесказанному, мы можем отметить, что в особенностях миграционной политики и Российской Федерации, и Китая есть ряд схожих направлений. Это, во-первых, обеспечение и реализация интеллектуального и трудового потенциала мигрантов. Необходимо заметить, что этого направления стараются придерживаться большинство стран мира.

Во-вторых, заметим, что в качестве факторов, отражающих активное взаимодействие этих государств в сфере регулирования миграционных процессов, выступают: подготовка предложений по совершенствованию нормативной базы обоих государств в области миграции, укрепление сотрудничества сторон в сфере предупреждения незаконной миграции, обмен информацией о методах и способах пограничного контроля, совершенствование механизма защиты законных прав и интересов мигрантов. Кроме того, между Россией и Китаем были подписаны ряд договоров, касающихся правового положения трудовых мигрантов, а также защиты их законных прав и интересов. Следовательно, и Китай, и Россия идут по пути совершенствования миграционной политики в целом, уверенно развивая китайско-российское сотрудничество в данной сфере.

Все вышеизложенное, на наш взгляд, позволит улучшить эффективность реализации миграционной политики и в России, и в Китае, повысить её результативность.

 

Литература:

1. Хуринов Г.А.Миграционно-правовая политика и принципы миграционного права России: Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Ростов-на-Дону, 2008.

2. Витковская Г. Новое миграционное законодательство Российской Федерации: правоприменительная практика / Г. Витковская. – М.:АдамантЪ, 2009.

3. Белорусец К.Р. Миграционные процессы в Дальневосточном федеральном округе // Аналитические обзоры Российского института стратегических исследований. - М., 2004. - № 1.

4. Демографическая ситуация и миграционная политика на российском Дальнем Востоке: национальная безопасность, интеграционные процессы, соотечественники за рубежом. Материалы "круглого стола" 16 декабря 2004 г. в МГИМО (У) МИД России. - М.: МГИМО-Университет, 2005.

5. Исследование, проведенное Академией общественных наук Китая, показало, что на протяжении 1978 - 2006 гг. 1,06 млн. китайских граждан учились за границей, но только 275 тыс. человек вернулись на родину, около 70% граждан, получивших образование в других странах, постоянно проживают там.

6. Изменение и применение Уголовного кодекса КНР / Под ред. Гао Цзянси. 1997.

7.Трудные задачи по предупреждению и борьбе с незаконной миграцией, которые стоят перед Китаем // Сайт Даиан. 2004. 22 октября.

8. URL: http://www.rian.ru/society/20060320/44556050.html (дата обращения: 13.04.2011).

9. URL: http://www.chinaconsulate.khb.ru/rus/xwdt/t307521.htm (дата обращения: 13.04.2011).

10. Ларин В. Межрегиональное взаимодействие России и Китая в начале XXI века: опыт, проблемы, перспективы // Проблемы Дальнего Востока. - 2008. - №2.

КОНФУЦИАНСКИЙ ВАРИАНТ ДЕМОКРАТИИ В ФИЛОСОФИИ МЭН-ЦЗЫ

Прушенова Е.Ц.

Россия, г. Улан-Удэ

.

В условиях глобализации динамично развивающегося мира особое внимание привлекает КНР. «Привлекательными» выступает, прежде всего, демографический фактор: Китай сегодня является наиболее густонаселенным государством. Но более всего уникальны темпы экономического и социально-политического развития Китая. Многочисленные исследователи Китая задаются вопросами: «Каково место КНР в современном мире? Каков рецепт столь успешного современного развития Китая?» Эпоха глобализации выделяет новую проблематику. Идея толерантности множества миросозерцаний требует переосмысления идеи демократии как гуманистического идеала современности. Сейчас западные правительства твёрдо и сильно поддерживают движение Китая к демократии, а голоса адвокатов занимающихся правами человека, и граждан Китая требующих демократии звучат громче, чем это было в 90-х. «Демократия распространяется в Китае глубже и шире…. надежда на демократию в Китае никогда не была так реальна, как сейчас», - заявляли в 2005 г. Чэнь Юнлинь, бывший консул китайского посольства в Сиднее, и Хао Фэнцзюнь, бывший офицер Управления национальной безопасности, в борьбе за соблюдение прав человека[13].

Актуальность этой проблемы подталкивает провести сравнительный анализ феномена демократии в плоскостях различных культур: компаративистское исследование западного типа демократии и феномена демократии в китайской политической системе.

Анализ современных представлений Запада о том, как должна была бы выглядеть демократия, позволяет судить о том, что его мнение не совпадает с мнением о демократии самих китайцев. Налицо факт, что сегодня центральное руководство пользуется поддержкой большинства китайского населения, которое верит, что жизнь постепенно улучшается. Жалобы и недовольство вызваны произволом и коррупцией местного чиновничества. Пока цензура и прочие ограничения не отражаются на 90% повседневной деятельности простых людей, они будут склонны давать правительству кредит доверия и даже прощать ему излишества и явные промахи, коль скоро они не носят катастрофического характера. Это впечатление станет усиливаться по мере того, как запрет на свободное выражение взглядов начнет постепенно ослабевать, даже если неявные и размытые ограничения все же останутся. Перефразировав Линкольна, китайцы в собственных стратегических интересах будут принимать «правительство, созданное из народа и для народа», но не народом. Подобное положение дел в общемировом масштабе является наиболее благоприятным примером существования демократии.

Что касается западных демократий, то КПК считает их фактически олигархическими государствами, где правящая элита не слышит голос народа даже в таких вопросах, как ведение войны. Более того, эти общества раздираемы глубокими экономическими разногласиями, они не способны обуздать рыночную стихию, вынуждены решать социальные проблемы, которые были бы разрушительны в китайском контексте. Скандинавские демократии выглядят вполне благополучно, но они слишком далеко ушли вперед, чтобы служить примером для Китая в переходный период. Жители Индии, вне всякого сомнения, были бы разгневаны тем, что китайцы считают их хваленую демократию фикцией, поскольку она не приносит справедливых экономических дивидендов и не ведет к социальной реформе, которая изменила бы жизнь бедных и социально незащищенных слоев общества. Вместо этого всю выгоду от экономического роста пожинают элиты. Вполне естественно, что наиболее скрупулезно изучаются примеры демократий в Восточной Азии.

Закономерен вопрос: «Каковы истоки китайской демократии?»

Истоки подобных представлений о политической системе общества мы склонны относить к национальной культуре. Наиболее благодатной почвой для развития демократических идей стало конфуцианство. Множество исследований посвящены вопросу о специфике конфуцианской демократии[14]. Однако актуальность этого вопроса сохраняется.

В своем исследовании нам хотелось бы обратиться к наследию выдающегося древнекитайского мыслителя, последователя Конфуция, Мэн-цзы. Особого внимания, в свете нашего исследования, заслуживает тот факт, что Мэн-цзы, продолжая социально-политическую направленность конфуцианской философии, стал первым выразителем демократических идей в ис­тории древнекитайской мысли.

Мэн-цзы (372/371 – 289 гг. до н.э.) называют «следующим за совершенномудрым» или «уступающим только святому – Конфуцию» - я шен. Его заслуга заключается в том, что именно он наиболее полно, ясно и систематизированно изложил основные конфуцианские принципы.

Несмотря на это философия выдающегося древнекитайского мыслителя освещена не столь обширно. Изучение идей Мэн-цзы российскими исследователями активизировалось сравнительно недавно[15]. Поэтому можно констатировать актуальность продолжения поиска «белых пятен» в изучении его философии.

Со времен известного французского историка, социолога и политического деятеля Алексиса де Токвиля в политической литературе неод­нократно высказывалась мысль, что развитие государственных форм неиз­бежно и закономерно приведет человеческое общество к демократии. Позднее ряд влиятельных политологов, подобно де Токвилю, содей­ствовал утверждению этой мысли в общественном сознании. Демократия представлялась естественным и неизбежным состоянием, которое немедленно наступит вне зависимости от содействия или противодействия от­дельных индивидуумов или групп людей. Существовало также множество противоположных точек зрения.

Но к какой именно демократии может прийти, то или иное общество? Ответ на этот вопрос зависит от большого числа слагаемых, в числе которых специфика исторического развития, особенности национального ха­рактера и других факторов. Как ни странно, термин «демократия» принадлежит к числу наиболее спорных и неопределенных понятий современной политической теории. Прежде ее нередко считали высшей и конечной формой, обеспечи­вающей уверенное и благополучное существование. Противники понима­ют, что при ней все же можно существовать, ее сторонники соглашаются, что ей свойственны слишком многие недостатки, чтобы ее чрезмерно пре­возносить.

Позднее понятие демократии было распространено на все формы государства, в котором народу принадлежат верховенство в установлении власти и контроль над нею. При этом допускалось, что свою верховную власть народ может проявлять как непосредственно, так и через представителей. В соответствии с этим демократия определяется, прежде всего, как форма государства, в котором верховенство принадлежит общей воле народа.

Современ­ные исследователи единодушно признают, что как более поздняя и слож­ная форма политического развития демократия требует и большей зрело­сти народа. По словам де Токвиля, «народ должен созреть для управления самим со­бой, понимающий свои права и уважающий чужие, осознающий свои обя­занности и способный к самоограничению». «Демократия, - продолжает он, - невозможна без вос­питания народа, без поднятия его нравственного уровня»[16]. Этот же вопрос поднимает в своей теории Мэн-цзы. Но при этом он упоминает, что воспи­тание народа и поднятие его нравственного уровня невозможно без эконо­мической основы. Предлагая свою систему «колодезных полей», Мэн-цзы ищет пути достижения прочного экономическо­го фундамента для населения. Стабильное экономическое развитие всегда являлось базой для более высокой культуры людей, что, в свою очередь, может стать основой развития демократических настроений.

Историческая обстановка эпохи, в которой жил Мэн-цзы, не измени­лась со времен Конфуция. Как и в эпоху Великого Учителя, наиболее акту­альным вопросом для общества эпохи Чуньцю («Весны и Осени») оставался вопрос управления государством, наилучшего государственного и общест­венного устройства. Мэн-цзы жил на столетия позже Конфуция, а пробле­мы политической и экономической обстановки в его время стали еще бо­лее явными и актуальными. Продолжая развивать основное направление философствования древнекитайских мудрецов, Мэн-цзы выдвигает идею управления государством на основе человеколюбия, традиционного конфу­цианского принципа жэнъ (гуманности). Эта идея у Мэн-цзы выражена в словах «це­нить народ». Последователи «школы служилых» во всем «ценили народ», но именно Мэн-цзы особенно выделился среди них. Анализируя социаль­но-политические принципы философии Мэн-цзы, мы пришли к выводу, что Мэн-цзы стал основателем демократических идей в древнекитайской мысли, возникших практически одновременно с расцветом древнегрече­ской демократии (IV-III вв. до н.э.). Конечно, древнегреческая демократия, в каком виде она известна человечеству, ближе современному понятию о демократии, так как современная демократия является непосредственным, во многом видо­изменившимся порождением древнегреческой мысли.

Вопрос о «конфуцианской демократии» поднимал бывший премьер-министр Сингапура Ю Куанг Ли. Он откровенно говорил, что западная демократия должна оказать разрушительное воздействие на общество, по­добное Сингапуру, потворствуя вседозволенности, вызывая социальную нестабильность и экономически нерациональное принятие решений. Сэмюэл Филипс Хантингтон, например, утверждал, что "конфуцианская демо­кратия" является внутренне противоречивым понятием: «Традиционное конфуцианство следует считать либо недемократичным, либо антидемо­кратичным...». Рассуждая о совместимости конфуцианства и демократии в современных условиях Китая и Японии, положительного мнения придерживается Ф. Фукуяма[17]. Считая этот вопрос достаточно сложным, Фукуяма придерживается мнения, что конфуцианство более совместимо с демокра­тическими идеями, чем не совместимо. Однако в данной работе, при­держиваясь мнения Ф. Фукуямы, мы акцентируем внимание на том, что зачатки специфической демократии все же существовали в Древнем Китае, которые качественно отличались от западного «народовластия», истоки которого восходят к Древней Греции.

В основе нашего убеждения в том, что философия Мэн-цзы содер­жит демократические идеи «народовластия», лежит его тезис о том, что «наи­более ценным является народ, за ним следуют духи земли и злаков, правители же занимают незначительное место». Рассмотрим основные пункты нашей гипо­тезы.

Во-первых, если Конфуций разделял людей на цзюнь-цзы (благородный муж)и сяо жэнъ (низкий человек),последним из которых путь к цзюнь-цзы был ограничен в зависимости от происхождения семьи, в которой родился человек, то, по Мэн-цзы, каждый человек изначально обладает неким внутренним моральным качеством, называемым им «доброй природой». Каждый человек с рождения наделен всеми качествами идеального человека конфуцианского цзюнь-цзы, кото­рые он может утратить или, наоборот, сохранить в течение жизни в зави­симости от его собственных поступков. Таким образом, люди, по Мэн-цзы, равны в возможностях, правах и ответственности с рождения.

Во-вторых, разрабатывая экономическую концепцию, Мэн-цзы задался целью не просто улучшить материальное положение на­рода, но и создать для народа условия для развития. Мэн-цзы утверждал, что, воплотив в жизнь принципы экономического учения, народ будет жить в достатке и развиваться духовно. Основой прочного экономического фундамента по Мэн-цзы должно быть равное распределение земли. Идеальная земельная система для него – это система «колодезных полей». Согласно данной системе каждое ли (полкилометра) земли делится на девять участков, каждый площадью в сто китайских акров. Центральный участок – так называемое «общественное поле», а окружающие его восемь являются собственностью восьми крестьян и их семей, каждой семье принадлежит один участок. Крестьяне возделывают свой участок, а общий участок – сообща. Продукт с общественного поля идет в казну, а урожай собственного поля семья оставляет себе. Если народ будет владеть землей в таких размерах, то этого будет «достаточно, чтобы служить отцам и матерям, достаточно, чтобы содержать жен и детей, в урожайные годы позволит быть сытым, в неурожайные годы позволит избежать смерти»[18]. На этой базе «можно уделять внимание обучению в школах, внушать долг сыновней почтительности к родителям и уважение к старшим». Как полагал Мэн-цзы, если «будет так, то не может быть такого, чтобы правитель не был правителем»[19] (т.е. достойный представитель не занял бы пост правителя вана и не объединил бы Поднебесную). И когда каждый получит какое-то образование и придет к пониманию человеческих отношений (принципов ли), то можно говорить о завершении «пути вана (совершенномудрого правителя)».

В ракурсе нашего исследования важно отметить тот факт, что возможность обращать больше внимания образованию открывает доступ каждому человеку к возможности занимать управленческие должности в правящем аппарате государства, посредством сдачи государственных экзаменов. Данная идея прозвучала еще у Конфуция, но не так явно. Именно Мэн-цзы сформировал эту идею более последовательно.

Новацией Мэн-цзы стала идея о возможности народа свер­гать неугодного правителя, что можно считать проявлением права на свободу выбора главы государства. Это является свидетельством попытки реализации принципа ремострации[20]. Призывая уделять больше внимания народу, Мэн-цзы осознавал огромное значение и мощь, которые заключены в народе. Известно его утверждение о том, что «если государь ведет себя не так, как положено государю, если он по своим нравственным качествам напрасно носит титул государя, то люди достойные и образцовые (лучшие представители народа – Прим. авт.) во всех отношениях могут исправить это положение, сменив государя на другого, который будет соответствовать тому слову, которым его называют»[21]. Он утверждает, таким образом, что в обществе может царить своеобразное негласное «народовластие», выраженное в контроле над деятельностью правителя.

Таким образом, Мэн-цзы в своем учении передает власть в руки народа, сформированные им предпосылки демократических принципов управления государством отражают определенную степень зрелости идей мыслителя. Его политическая концепция стала достойным и значительным продолжением учения Конфуция.

Еще недавно традиционно считалось, что Восточная Азия - это реги­он, где господствовали консерватизм, деспотия и не могло быть и речи о демократии. Сегодня мы посмеем предположить, что современные «восточные тигры», не случайно достигли та­ких неимоверных вершин в политике, экономике и во многих других от­раслях. В основе конфуцианской цивилизации лежат древнейшие принципы демократизма, глубоко синтезированного с принципами гуманизма, сыновней почтительности, долга, ответственности и справедливости. Возможно, это и есть секрет успеха развития стран «конфуцианского культурного региона», которые в условиях глобализации могут сыграть роль яркого примера дальнейшего развития других стран мира.



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-08

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.