Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГИПНОЗ В УГОЛОВНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ (СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И РЕСПУБЛИКИ КОРЕЯ)


Бархатова Е. Н.

Россия, г. Иркутск

В настоящее время не только общественность, но и ученые-правоведы, и криминологи всё чаще обращаются к проблеме использования гипноза в противоправных целях. Если ранее средства массовой информации неустанно твердили об обмане экстрасенсов и гадалок, о зомбировании террористов-смертников и прочих подобных вещах, которые, казалось бы, далеки от рядового гражданина [6], то сегодня психологические приемы воздействия на психику человека в рекламе не нуждаются. Сегодня мы всё чаще сталкиваемся со случаями уличного мошенничества, совершённого с применением гипнотического внушения, с ситуациями, когда преступник доводит жертву до беспомощного состояния, используя различные психотехники, в том числе и гипноз, для того, чтобы совершить в отношении неё какое-либо преступление (чаще всего изнасилование или неправомерное завладение имуществом жертвы). В редких случаях техника гипноза используется даже для доведения до «запрограммированного» самоубийства, хотя данная категория преступлений относится к числу обладающих высокой степенью латентности, кроме того, возникают вопросы по поводу доказательственной базы. Проблема «криминального гипноза» затрагивает широкие массы населения, что обусловлено еще и доступностью методов гипноза даже для людей, несведущих в данной области.

Остро стоит вопрос о квалификации преступлений, при совершении которых в качестве способа был использован гипноз. Уголовное законодательство России не предусматривает такого способа совершения преступлений и официально не закрепляет ни сам термин «гипноз», ни его уголовно-правовое значение. Хотя в различных комментариях поясняется, что гипнотический транс является беспомощным состоянием [7, с. 296], но гипнотический транс – это последствие гипнотического внушения. В этой связи для нас представляет интерес также законодательство других стран, в частности Республики Корея. Как известно, уголовный закон Республики Корея достаточно подробно прописывает различные виды преступлений и их «вариации» (покушение на совершение преступления, умышленное и неосторожное совершение, «привычное»). Также уголовное законодательство Кореи большое внимание уделяет случаям воздействия на психику человека с целью совершить в отношении него или посредством него определенное противоправное деяние. Необходимо отметить, что в уголовном кодексе Республики Корея отдельная глава посвящена азартным играм и лотереям, где, как мы знаем, наиболее часто встречаются случаи применения гипноза в преступных целях.

Итак, каковы же различия в уголовном законодательстве двух стран и каков статус гипноза в уголовных кодексах России и Кореи. Попытаемся выяснить.

Как уже было сказано, гипнотический транс является беспомощным состоянием, вызванным в результате гипнотического внушения. Чем же тогда с точки зрения уголовного права является само гипнотическое внушение?

Изучив точки зрения известных ученых [4, 5, 12, 13], мы пришли к выводу, что по сути своей гипнотическое внушение – это психологическое воздействие на психику человека с целью подчинения его воли воле гипнотизера и некой «переорганизации» сознания, исключающей возможность адекватного понимания происходящего и восприятия окружающей действительности. В предложенном определении мы видим в некоторой степени сходство результата внушения – гипнотического транса - с другим понятием – «беспомощное состояние», которое является вполне определенной правовой единицей. Таким образом, гипнотическое внушение с уголовно-правовой точки зрения является приведением человека в беспомощное состояние.

Анализируя уголовный кодекс Республики Корея, мы пришли к выводу, что он не исключает возможности использования гипноза в противоправных целях, что следует из формулировки ч.3 ст. 10 УК РК, которая гласит о невозможности применения норм УК РК, предусмотренных для лиц с психическими расстройствами, к лицам, которые «… предвидели совершение преступления, однако, умышленно подверглись чьему-то психическому воздействию» [2]. Под психическим воздействием мы можем справедливо понимать и гипнотическое внушение.

Далее, рассмотрим главу XXIII УК РК «Преступления, относящиеся к азартным играм и лотереям». Данная глава, к сожалению, не предусматривает санкции за вовлечение в азартные игры с помощью гипноза, хотя такие случаи не редки. Тем не менее, значительный плюс корейскому законодательству дает уже само присутствие указанной главы в уголовном законе, тогда как в УК РФ ответственность за подобного рода деяния не предусмотрена.

Представляет интерес глава ХХХ УК РК «Преступления, связанные с похищением людей». В отличие от УК РФ диспозиции статей данной главы прописывают лишь два возможных способа похищения человека: силой или обманом, что на наш взгляд, не совсем верно. Во-первых, ограничен круг возможных способов совершения преступления, что в некоторых случаях затрудняет квалификацию деяния, либо способствует неправильной квалификации, в то время как УК РФ, исключая конкретизацию в диспозиции статьи 126, допускает использование самых разнообразных способов, в том числе, возможно, интересующего нас гипнотического внушения, которое в силу своих специфических свойств обманом не является. Хотя, необходимо отметить, что гипнотическое внушение может расцениваться как форма насилия, но, думается, законодатель под термином «сила» в УК РК подразумевал всё же физическую силу, применяемую к потерпевшему, выражающуюся во вполне конкретных действиях (избиение, перемещение и т.д.). Во-вторых, законодатель забывает о беспомощном состоянии потерпевшего, которое может достигаться также за счет применения гипнотического внушения, либо иметь место независимо от действий лица, совершающего похищение. УК РФ также не предусматривает в качестве квалифицирующего признака ст. 126 беспомощное состояние потерпевшего, но занимает более выгодную позицию в том плане, что допускает, как уже было отмечено, разнообразие способов совершения данного преступления.

Что касается преступлений, связанных с половой свободой человека, то, как УК РК, так и УК РФ не исключают использование гипнотического внушения, предлагая формулировку диспозиции ст. 131 УК РФ и ст. 299 УК РК, в которых имеет место словосочетание «… с использованием беспомощного состояния потерпевшей» [1, с. 347; 2].

Особого внимания заслуживает ст. 333 УК РК «Кража», диспозиция которой звучит следующим образом: «лицо, которое насильно отбирает имущество другого человека, или получает денежный доход от другого лица, или заставляет третье лицо сделать это путем применения к нему насилия или запугивания» [2]. Данная формулировка подразумевает возможность использования гипнотического внушения как формы насилия, что, по нашему мнению, является верным и позволяет давать правильную квалификацию такого рода преступлениям, как неправомерное завладение имуществом, совершенное с использованием гипноза в качестве способа. В России подобные случаи квалифицируются как мошенничество по ст. 159 УК РФ, что не совсем верно, поскольку ст. 159 УК РФ прописывает только два способа совершения мошенничества: путем обмана или злоупотребления доверием, ни к одному из которых гипнотическое внушение в силу своих специфических свойств не относится. Поэтому ряд российских ученых-правоведов предлагают квалифицировать подобные деяния как «кражу на доверии» [13, с. 47]. Хотя УК РК предусматривает также и состав мошенничества, где не предлагает конкретных способов совершения преступления, объединив их термином «мошеннические действия» (ч. 1 ст. 347 УК РК), среди которых, на наш взгляд, можно назвать и криминальную гипносуггестию.

Итак, рассмотрев основные составы преступлений, вызывающие вопросы о возможности использования при совершении преступлений гипнотического внушения, а также вопросы последующей квалификации подобных деяний в уголовном законе Республики Корея и в УК России, мы пришли выводу, что на данном этапе развития законодательства обеих стран не рассматривают гипнотическое внушение, используемое в противоправных целях как правовую единицу, заслуживающую внимания. Ведь если во времена шаманов и колдунов гипноз считался божественным даром или сверхъестественным явлением, то сегодня, основываясь на исследованиях А. Мессмера, Ж. Пиаже, Ж.-М. Шарко, И.П. Павлова, В.М. Бехтерева, Л.П. Гримака [3, 4, 14] и других выдающихся ученых, мы можем сказать, что гипнотический транс – это вполне объяснимое с точки зрения медицины и психологии состояние человеческого организма, а гипнотическое внушение – довольно опасное оружие, становящееся доступным для широких масс населения. Хочется отметить, что российское уголовное право, на сегодняшний день имеет положительные тенденции в изучении криминальной гипносуггестии, рассматривая ее как одну из форм насилия, как способ совершения преступлений, а также как одну из причин беспомощного состояния потерпевшего. В корейском законодательстве гипнотическое внушение рассматривается в рамках психического воздействия на психику человека как способа совершения преступления. Но отрицательным является тот факт, что легального определения гипноза нет ни в УК РФ, ни в УК РК, в связи с чем, у правоприменителей возникают определенные трудности, зачастую связанные с квалификацией преступного деяния.

Таким образом, сравнительный анализ показывает, что гипнотическое внушение в преступных целях пока является белым пятном в уголовном законодательстве, требует детального изучения и правового регулирования, не только в России и Корее, но в других государствах мира.

Литература:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации [Принят Гос. Думой 24 мая 1996 года, с изменениями и дополнениями по состоянию на 07 марта 2011 года] // Российская газета. – 1996. - № 113.

2. Уголовный кодекс Республики Корея 1953 г. по сост. на 01.10.2003г. // под общ. ред. А.И. Коробеева, перевод с корейского В.В. Верхоляка [Электронный ресурс]: Юридический центр Пресс. – СПб. - 2003. - Режим доступа: http://www.crime.vl.ru/index.php?p=1324&more=1.

3. Бехтерев В.М. Лечебное значение гипноза / В.М. Бехтерев – СПб., 1900.

4. Гримак Л.П. Гипноз и преступность / Л.П. Гримак. - М., 1997.

5. Кандыба В.М. Криминальный гипноз: Что такое криминальный гипноз и пр. / В.М. Кандыба - СПб., 1999.

6. Лебедев В.И. Сомнительный эксперимент на людях в масштабах всей страны / В.И. Лебедев // Сов. культура. - 1989.

7. Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.М. Лебедева, М.: Норма - 2007.

8. Льежуа Ж. Гипнотизм и преступность / под ред. В.М. Бехтерева. –Казань, 1893.

9. Платонов К.И. Гипноз (гипноз и внушение в практической медицине). Научная мысль / К.И. Платонов – Харьков, 1925.

10. Райков В.Л. Гипноз и постгипнотическая инерция как модель исследования творчества / В.Л. Райков // Психологический журнал. -1992. - Т. 13. - № 3.

11. Фишер С. Гипнотизм в праве / под ред. Я. Канторовича. – СПб., 1896.

12. Чечель Г., Седых Л., Особенности квалификации преступления, совершенного загипнотизированным лицом / Г. Чечель, Л. Седых // Уголовное право. - 2009. - № 3. – С. 54-57.

13. Шарапов Р.Д. Криминальная гипносуггестия: криминологические и уголовно-правовые аспекты / Р.Д. Шарапов // Государство и право. - 2004. - № 11. – С. 44-51.

14. Charcot J.-M. Hypnotism and crime / J.-M. Charcot // Forum of New-York.- 1890. - № 9. - P. 159-168.

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-08

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.