Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






ПОНЯТИЕ ОБЪЕКТА ПРЕСТУПЛЕНИЯ В КИТАЕ И В РФ


Павлова М.О.

Россия, г. Улан-Удэ

Определение понятия «объект преступления» является одной из наиболее актуальных проблем науки уголовного права. Правильное определение этого понятия влияет не только на правоприменительную практику, что само по себе свидетельствует о важности изучения этого элемента состава преступления, но и на деятельность законодателя. Объект преступления представляет собой фундамент уголовного закона, так как именно он указывает законодателю на необходимость создания уголовно – правовой нормы, призванной защищать наиболее важные личные или социальные блага. Оценка объекта посягательства как самой важной ценности, способной поддерживать в обществе надлежащую стабильность, оказывает прямое воздействие на решение законодателя о создании уголовно – правовой нормы (криминализация) или об исключении уже имеющейся нормы из законодательного сборника (декриминализация). [6, с.120]

Именно поэтому определение данного понятия до сих пор является дискуссионным в науке уголовного права. На сегодняшний день ученые – правоведы выделяют несколько основных точек зрения на определение рассматриваемого нами понятия.

Согласно первой точке зрения, объектом преступления признаются не общественные отношения, а отдельно взятый человек или какое-то множество лиц, которые представляют собой в любом цивилизованном обществе наивысшую ценность и поэтому охраняются от преступных посягательств и иных правонарушений. Такая точка зрения на объект преступления в теории уголовного права Китая пока не воспринята. Однако необходимо иметь в виду, что данное понимание объекта преступления трудно признать правильным. [1, с. 16]

Вторая точка зрения, имеющая название теории объекта преступного деяния как правового говорит о том, что объектом преступного посягательства являются жизнь, здоровье, собственность и другие ценности (блага) на которые посягает преступление и которые поэтому охраняются уголовным законом. В частности, профессор Чжан Минкай в качестве объекта преступления рассматривает правовое благо. В своей монографии «Начальное учение о правовом благе» он пишет: «Правовое благо – это, согласно основным принципам Конституции, охраняемые законом жизненные интересы, на которые посягает преступление или ставит их под угрозу посягательства. Охраняемые уголовным правом жизненные интересы в уголовном праве называются правовым благом».[3]

Третья точка зрения, в настоящее время наиболее распространенная в России и наименее востребованная в Китае, говорит о том, что объектом преступления является совокупность общественных отношений, поставленных под охрану уголовного закона в силу их особой ценности, преступное нарушение которых способно причинить наиболее существенный вред общественным и личным интересам. [5, с.109]

Так, ещё в 1925 г. российский ученый А. А. Пионтковский отмечал – исходя из общего марксистско-ленинского учения о преступлении объектом всякого преступного деяния выступают общественные отношения, охраняемые аппаратом уголовно-правового принуждения, данный тезис был особо популярен с советское время, так как полностью согласовывался с концепцией К. Маркса и Ф. Энгельса.[1, с.17]

Четвертая же точка зрения стоит на позиции того, что объектом является одновременно и сам человек, который подвергается причинению вреда в результате преступного посягательства, и правовые блага (жизнь, здоровье, собственность и т.д.). [5, с.109]

Анализируя приведенные выше точки зрения можно сформулировать и основное противоречие учения об объекте преступления – одни утверждают, что объектом преступного деяния может быть только человек; другие говорят о том, что объект есть не что иное, как правовые блага (ценности); третьи полагают, что объектом являются общественные отношения; четвертые называют объектом и самого человека и правовое благо одновременно.

Теоретики – правоведы России и Китая долгое время придерживались четвертой точки зрения, считали, «объект преступления – социалистические общественные отношения, охраняемые уголовным правом и на которые направлены преступные посягательства». Также учеными подчеркивалась зависимость между важностью общественного отношения и серьезностью наступления общественно – опасных последствий, ведь чем важнее общественные отношения, на которые происходит посягательство, тем выше его общественная опасность. К примеру, если какое-нибудь деяние не причиняет вред общественным отношениям, которые охраняются уголовным законом Китая, то оно не считается преступлением.[3] Однако в наше время в Китае большинство правоведов отказалось от идеи признания объектом преступления общественных отношений. В теории уголовного права Китае трактовка объекта преступления как элемента состава преступления вызывает много споров.

Прежде всего, необходимо выяснить, принадлежит ли объект преступления к элементам состава преступления или его необходимо исключить из системы состава преступления? Отдельные ученые полагают, что объект преступления не является элементом состава преступления. Господствующая же позиция, которой придерживаются сторонники учения о четырехчленном составе преступления, заключаются в том, что объект преступления – это те охраняемые уголовным правом общественные отношения, на которые посягает преступное деяние. [6, c. 121]Отсюда любое преступление неизбежно посягает на какой-либо объект. Хотя, как отмечают многие авторы, не может быть общественно опасным и преступным деяние, не затрагивающее интересы людей и не нарушающее нормальные общественные отношения, так как участники общественных отношений выступают их материальным субстратом, и уголовный закон, охраняя общественные отношения, тем самым охраняет «реальные» личности, из действий которых и складываются общественные отношения.[2, c.29] В ответ приверженцы противоположного мнения указывают, что если объект преступления признается необходимым элементом состава преступления, то это нарушает пределы законодательства и практику применения уголовного права. С их точки зрения любое деяние направлено на определенный предмет. Если нет предмета, то преступное деяние не будет воздействовать на окружающий мир. Таким образом, объект и предмет преступления совпадают. При этом не возникает необходимости различать объект и предмет преступления. Недостаток такого подхода заключается, на наш взгляд, в том, что его сторонники практически полностью растворяют объект преступления в предмете посягательства. Между тем это разные категории в учении о составе преступления. Они выполняют разные функции: объект - функцию элемента состава преступления, а предмет - функцию его признака. [4, c. 38]

Далее, также подвергается спорам, вопрос о том, являются ли объектом преступления исключительно социалистические общественные отношения или в качестве таковых могут рассматриваться и другие отношения, существующие в обществе?

Согласно традиционной трактовке под объектом преступления долгое время понимались именно социалистические общественные отношения, охраняемые уголовным правом. Из-за развития экономики и изменения социальных отношений теория о социалистических общественных отношениях в качестве объекта преступления была подвергнута критике. [4, c.39] Если в России смена законодательства наступила в связи с распадом СССР, в Китае этот процесс наступил позднее, только в начале 80 гг. прошлого века из – за того, что в стране появились такие общественные отношения, которые не имели социалистических свойств (частное предпринимательство и др.). Уголовное право стало охранять и данные общественные отношения. Поэтому господствующая в Китае позиция изменилась следующим образом: объект преступления – это охраняемые отечественным уголовным правом общественные отношения, на которые посягает преступление или ставит их под угрозу причинения вреда.

Идеология оказала сильное влияние на теорию объекта преступления как совокупность общественных отношений в обоих государствах. Деидеологизация уголовного права в большей степени заметна в России и в меньшей степени – в Китае. Разница объясняется тем, что по Конституции Китайской Народной Республики идеи марксизма - ленинизма и Мао Цзэдуна до сих пор признаются господствующими. Из-за этого в настоящее время еще трудно полностью отказаться от теории об объекте преступления как общественных отношениях, однако китайские ученые-юристы также борются за облегчение влияния идеологии на теорию уголовного права. В этой связи они на основе отказа от тезиса «общественные отношения как объект преступления», выдвинули ряд новых идей об объекте преступления.[3]

На основании всего вышесказанного, заметим, что с течением времени понятие объекта преступления изменилось. Если в конце 20 века точки зрения ученых – правоведов обеих стран разительно отличались друг от друга, сейчас блага (интересы) как объект преступления является доминирующей позицией в современной теории уголовного права, как в Китае, так и в России.

 

Литература:

  1. Винокуров В. Понимание объекта преступления как общественных отношений и применение уголовного закона/В. Винокуров//Уголовное право.-2011.-№1.-С.15-20
  2. Зателепин О. К вопросу о понятии объекта преступления в уголовном праве / О.Зателепин // Уголовное право.-2003.-№1.-С.29-31.
  3. Лун Чанхай. Учение об объекте преступления в теории уголовного права КНР и [Электронный ресурс]/Лун Чанхай//Режим доступа :plusgarantiya.ru › doc/konk/lunchanhai.doc
  4. Расторопов С. Понятие объекта преступления: история, состояние, перспектива/С. Расторопов // Уголовное право.-2002.-№1.-С.37-40
  5. Уголовное право зарубежных стран: Учебник/ Под ред. Г. А. Есакова. - М.: Юристъ, 2009. - С. 108-110
  6. Уголовное право России. Общая часть: Учебник/ Под ред. И.Э. Звечаровского. - М.: Юристъ, 2004. - С. 120-121

 

 

吉林省食品安全现状及法律对策研究



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-08

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.