Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






Какое мнение о русском народе Вы считаете правильным?


(1997 год)

Мнения Избиратели в целом Сторонники различных партий:
  в проц. КПРФ НПСР ЛДПР ЯБЛоко Партии Лебедя НДР
Русских, как народа просто нет, они - имя прилагательное, служащее для обозначения всех людей, что живут на просторах России
Русские - это незрелый народ, которым всегда должен руководить какой-то другой народ или его талантливые представители
Русские - древнейший этнос, чьи корни уходят в глубь тысячелетий; они внесли огромный вклад в мировую цивилизацию; именно поэтому их так не любят и так боятся...
Государство русских - Россия - всегда было гарантом мировой стабильности; миссия русских и сейчас состоит в том, чтобы возродить свое великое государство и спасти спокойствие всей нашей планеты.
Русские были, есть и будут самобытным и великим народом и сверхнародом, объединяющим вокруг себя многие и многие национальности; за русскими - будущее ибо они все-равно добьются всего, чего пожелают

 

Что же получается? А вот что: как только речь заходит об отношении к русскому народу, многое, что казалось бы навеки разделило наших людей, - особенно их политические вкусы - исчезает или становится для них третьестепенным. Отрицать факт существования русских как этноса (в стиле иных политиков), либо рассуждать о ”государственной незрелости” русских оказываются способны самое большее от 5 до 17 процентов избирателей. Коммунисты они, “демократы”, сторонники партий В.В.Жириновского, Г.А.Явлинского или А.И.Лебедя - все едино.

Тогда как право русских называть себя древним и цивилизованным народом, а свое государство - важнейшим гарантом всемирного покоя и стабильности, - наоборот, защищают примерно 20-30 процентов последователей как некоммунистических (и даже антикоммунистических) движений, так и большинство, от половины до двух третей россиян, симпатизирующих коммунистам и их союзникам. Примерно двухкратный разрыв в указанных показателях, принимая во внимание, о чем идет речь, нельзя не признать на удивление скромным.

Даже в самом, казалось бы, принципиальном, и чреватом столкновениями мнений вопросе - о русском сверхнароде (по определению Даниила Андреева) и его будущем - это же сходство подходов оказывается и наиболее значительным.

Вот она - самая перспективная уже не точка, а полоса соприкосновений в настроениях как избирателей КПРФ с НПСР, так и твердых симпатизантов “демократических” движений. Здесь база для мировоззренческого и политического сближения коммунистов с весомой долею противостоящего им ныне электората. Добъется его КПРФ и массив голосов, так нужный ей для победы, окажется, наконец, завоеван. Речь идет о политической дороге в будущее, в XXI век.

К тому же природа, особенно природа политики, не терпит пустоты. И вот уже русскую политическую “нишу” - в качестве плацдарма для своего самоутверждения и наращивания сил - начинают прибирать к рукам самые разные личности и силы, обслуживаемые целой армией интеллектуалов.

Это заметно даже в малом: так, например, в полном соответствии с рекомендациями Карнеги (учившего: хочешь понравиться человеку - а значит целому народу - говори с ним о нем), даже наши СМИ принялись спешно осваивать русскую тему. И, кстати, не всегда в пошловатом стиле “а ля росс”, от которого стали открещиваться наиболее чуткие “шоу-мейкеры”. В частности, телевизионное “Поле Чудес” вдруг стало перекатываться в экранную новинку “Колесо истории”. И участникам последнего приходится вдруг - иногда с нескрываемой беспомощностью - вспоминать, точнее угадывать, неслыханные вещи. Какой, например, из высших российских орденов давался исключительно за военные подвиги. Что за литературные псевдонимы брали себе наши государи. Или гадать, в каком же - из трех предложенных им на выбор - полков “старой” русской гвардии начинал свою службу будущий генералиссимус Суворов. Ухоженные и приодетые, стилизованные частенько под “новорусский прикид” участники представления (а с ними и зрители) с изумлением узнавали, скажем, что это он - А.В.Суворов - оказывается основал Севастополь, оставленный нынешними российскими правителями в руках “незалежной” Малороссии. Полезные сведения. Особенно при трансляции на всю страну.

Отечественная история мало-помалу перетекает с телеэкранов в семьи и квартиры россиян, воспринимаясь там как некая “терра инкогнита”, нечто экзотическое и неведомое, хотя и завлекательное. Информационный рынок вынужден удовлетворять спрос. В данном случае - на знания о себе же. Но делая это, он идейно и морально отрицает сам себя - такого, каков он есть - инструмент разложения национального сознания русских.

Круг самоотрицания правящего режима в одной из важнейших “точек” его коммуникационной политики, замыкается.

Происходит это и в другом. Достаточно взглянуть на ту же команду во главе с Г.А.Сатаровым и А.Б.Чубайсом, что по президентскому велению долго и натужно изобретала на спецдаче некую “российскую идею”. А родила объемистый цитатник из высказываний, почерпнутых на сию тему из “демократических” газет. Жжет, как видно, руки русская эта идея. Что, правда, не отвращает от таких же поползновений и превеликое множество прочих аналитиков, мало что общего подчас имеющих с русской культурой. Чей апломб живо воскрешает очень уместное в наши дни замечание незабвенного русского поэта века осьмнадцатого Василия Тредиаковского: “В России, о России, по Российски, перед Россиянами говорить будет чужестранный, и научит их так, как будто они ничего того поныне не знали”[45] о себе.

А рядом с ними - такие уже нешуточные специалисты по русской теме, как постдемократы Ю.М.Лужков и А.И.Лебедь...

Да, роль борцов за русскую идею всем им органически - по их менталитету, личной культуре, системам связей - глубоко чужда, даже противоестественна. И тем не менее они стремятся встать как раз на этот путь. Ибо понимают, что только он способен привести их к успеху. Взлететь к власти, оседлав волну русского национального чувства, - вот их задача на ближайшие месяцы и годы. Чтобы потом, его же, это чувство, покрепче и понадежнее растоптать. К тому же нельзя не заметить, что в тени некоторых из этих лидеров, претендующих на российскую патриотичность и “задержавную обидчивость” , усердно действуют (как то все чаще отмечает пресса) очень даже странные, загадочные фигуры, вплоть до мусульманских интеллектуалов эзотерического толка.

Что ж, не будем забывать: идеология - то же оружие. И потому, перефразируя знаменитую пословицу про армию, напомним: “Тот, кто экономит на создании своей национально-государственной идеологии, обречен вскормить и исповедовать чужую”. Со всеми вытекающими последствиями...

 

* * *

Сегодня, на исходе XX столетия, можно уверенно сказать: российская компартия имеет, в принципе, все необходимое для взятия власти: массовые организационные структуры, признанную в народе коалицию союзных партий и движений в лице НПСР, разделяемую широкими слоями общества идеологию, очень выгодное место в системах ориентаций и ценностей, бытующих в обществе.

Чтобы и в самом деле взять в руки бразды государственного правления, ей предстоит сделать решающий шаг, выбрать тот или иной путь “вхождения” во власть.

Правящие инстанции и близкие им политические силы, а также немалый спектр поддерживающего их общественного мнения подсказывают компартии один, по сути дела, вариант решения: компромиссное, в социал-демократическом стиле сотрудничество с “партией власти” и место “младшего партнера” режима в коалиционных правительствах того или иного персонального состава. Решение, если брать накопленный в мире опыт, вряд ли ведущее к подлинному успеху. И служащее, по большей части, превращению компартии лишь в инструмент стабилизации существующего в стране порядка вещей. В тот момент, когда он, этот порядок, начинает уже качаться.

Напор же идущих от народа ожиданий, наоборот, требует от КПРФ большей самостоятельности, независимости решений и оценок, превращения ее в силу национально-освободительного характера, способную взять на себя всю полноту государственной ответственности. Стержнем которой станет отчетливое “русское начало”, единственно способное дать российским коммунистам, всему патриотическому движению и интернациональную линию, и непоколебимую социальную и морально-психологическую основу.

 

 


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Пройдя через цепь серьезнейших общественных ломок, что пришлись на очень малый по историческим меркам - десятилетний отрезок времени, Коммунистическая партия Российской Федерации заново испытала на себе практически весь спектр условий политической деятельности: от полуподпольного существования до парламентского законотворчества. К рубежу XX столетия она подходит в облике обновленной общенациональной организации, которая объединяет основной поток оппозиционного движения и заявляет о себе как о силе, обладающей всеми правами на государственную власть.

Право это принадлежит ей благодаря позициям, занимаемым в Государственной Думе; оно подтверждено итогами президентских выборов; его подкрепляют результаты избирательных кампаний в регионах, прошедших в 1996-97 годах.

И, наконец, главное: право КПРФ на власть опирается на состояние умов, господствующее сегодня в российском обществе. Состояние, при котором положительные взгляды на компартию и ее общий курс, ее отдельные мероприятия и действия ее лидера, обозримые перспективы ее развития и связанные с коммунистами исторические символы и морально-политические ценности растут и разделяются уже примерно половиной граждан.

В общественном противостоянии последних лет между КПРФ с ее соратниками по Народно-патриотическому союзу, с одной стороны, и “партией власти”, все более мутирующей в организацию федеральной и региональной бюрократии, с другой, коммунисты шаг за шагом отвоевывают все более значимые и ведущие позиции. Особенно - в народном мировосприятии.

Их образ в массовом сознании пропитывается не только позитивными характеристиками, но и людскими надеждами, обращенными не в прошлое (ностальгический момент в самосознании сторонников комдвижения невелик), а в будущее. Именно от этого будущего решающая часть народа, и в первую очередь русские, ждет своего национального возрождения, ликвидации авторитарных тенденций в государственном управлении, восстановления мирового престижа России, воссоздания обновленной единой государственности на территории разрушенного СССР.

Находиться в фокусе столь обязывающих людских ожиданий для КПРФ нелегко.

Слишком сложные, подчас противоречивые процессы происходят в народном самосознании. Слишком сильны “внушающие” воздействия на умы со стороны “партии власти”, практически монополизировавшей систему массовой информации в центре и на местах. Слишком невелик собственный опыт КПРФ, только-только подошедшей к своему пятилетнему рубежу. И вынужденной непосредственно по ходу острейшей политической борьбы заниматься и партийным строительством, и разработкой собственной идеологии, и поисками методов и средств работы в гуще народа, и аналитической работой.

Российская компартия ныне стоит на своего рода развилке, перед выбором путей дальнейшей жизни и деятельности. При этом три вероятности играют здесь основополагающую роль.

Немалые сферы массового менталитета поддерживают тех, кто господствует сегодня в российском обществе и признает за КПРФ лишь право на небытие, делая ставку на полное исключение и исчезновение КПРФ из жизни общества.

На несколько более широкую сферу общественного сознания опираются те, кто готов даровать компартии право на подчинение, т.е. разрешить им встать на путь приспособления к современным социально-политическим реалиям. Путь превращения их в посредника социал-демократического типа, который действует между властью, тяготеющей к авторитарности, и огромным большинством все более бесправного народа. И намекают при этом на возможность приобщения оппозиции к рычагам государственного управления в качестве лояльного партнера.

И, наконец, все возрастающая часть народа, отнюдь не делая ставку на какие-либо силовые, - нарушающие и без того слабую устойчивость страны - акции, ждет от компартии самостоятельной, решительной, а главное плодотворной борьбы за интересы и права большинства. Борьбы, могущей изменить сложившийся сейчас в стране порядок вещей. И в случае, если возглавляемая КПРФ оппозиция докажет свою способность на такого рода курс, готова вверить именно ей всю полноту власти.

Опыт последнего времени показывает: в поступках компартии, ее руководящих и представительствующих сил просматриваются задатки двух последних моделей развития.

Какая из этих возможностей окажется в конечном счете для КПРФ реальностью; какое из качеств, отличающих ее сегодня в представлениях людей, возьмет верх; какая из мировоззренческих и поведенческих черт самих же коммунистов и союзных им сил определит весь облик народно-патриотического движения, - все это покажет, судя по всему, уже ближайшая историческая перспектива, начало вплотную придвинувшегося XXI века.

 


SUMMARY

In the end of the eighties all the negative, that accumulated in the Soviet society, splashed out on the surface of the life, like a boiling water flowing out of the copper from which the cover was tearing.

The wave of the highly aggressive individualism and offences against all and everything flowed over the country. In the beginning of the 90’s the great part of the former Soviet citizens advocated the idea that “total equality is quite impossible as there are both talented and incapable persons”.

At that in most cases these people considered themselves as “talented” and at the same time all others were the persons without talent for them. As to a society, which supposedly didn’t give them the possibility to realize their aspirations, was sharply criticized. “In our country were are something like serves: each our step is strictly regulated by the state”. More than a half of the citizens began to think that way.

The values, which were the moral-political pivot of the society, were depreciated. About 60% of the population saw the socialism as a myth, a dream, something from far future or simply “the power of the mediocrity”.

On the contrary, the points of view of the majority of the population (up to 70%) about the capitalism were enriched with such colours as “the only viable system… society, where each its member has what it is due to him...”

At that time however “the image of the enemy” was shaping in people’s mentality quite weakly. At any case one man out of 5 was ready to see “the enemy” in so to say “fascists”, instead of whom they took patriots - defenders of the strong united state. In general nonaggressive views of the political opponents prevailed.

It is always necessary to treat them with respect to discuss the problems correctly and honestly”- Since 1990 that was an opinion of almost 60% of the citizens. On the threshold of the 90ththe attitude of the society to the still ruling Communist Party of the Soviet Union (CPSU) was far from the simplicity.

In spite of the stream of very sharp, often harsh statements to its address, only 7% of the electorate agreed that close fight of “the non-Party people with the members of the CPSU”, was the essence of the overall social-political conflict, which was shaking the USSR. Only 1/4 of the population refused to believe it at all. In any case half of the electors was listening to it. The ratio of the public opinions was 3 to 1 in favor of the communists.

The CPSU could reserve for yourself the chance to stay above the close fight in the society, assuming the role of a mediator. However the CPSU did not take this chance.

The Russian Soviet Federal Social Republic Communist Party (RSFSRCP) which was formed within the framework of the CPSU in 1990 did not have enough strength to improve the situation. In spite of the fact that it had the possibility for its development. If in the summer of 1989 only 35% of Russians voted in favor of its foundation; in the Spring of the next year – already 52%.

People had many expectations from the RSFSRCP, which did not come true. This first Russian Communist Party could not dissociate itself from the perishing CPSU, from M.Gorbachev who became the most hated political figure ever. “It did not justify hopes… it will not be the real political force”, - about 2/3 of Russians estimated the situation that way on the eve of the August events of 1991, after which the RSFSRCP crushed down together with the CPSU.

The 1992-1993 became the years of dramatic change of all mass orientations in the basis of which was the rebirth of the Russian national selfconsciousness and the restoration of many values and symbols of the Soviet epoch. Public perception of the October Revolution, of Lenin, Stalin, Brezhnev and war in Afganistan as well as the place of Russians in the historic Russia was also reconceived.

A great deal of social groups tried to play a role of the exponents of those orientations and values but with a little success. Starting from the middle of the 90’s in the views of the most part of Russians these values were connected with the Communist Party of the Russian Federation (CPRF).

However from the beginning, in 1993-1994, they predicted only the minor role for it. But soon the situation changed. From 40 to 50% of voters already waited for the сommunists, if they would had come to power, first оf all executive power, to raise the economy, tо fight crimes and to reconstruct the one united state. They started to consider the party as the most active, people oriented, and even “sage” force.

At that, while estimating the future of the CPRF only one Russian from five (most of all among those who support the ruling “democratic” forces) prophesized a social-democratic reorientation for the party. On the contrary twice as much of Russians including the dominant part of communist supporters, considered the Communist Party of the Russian Federation as a driving force of the Russian national rebirth and an organization of the patriotic type.

The same question about the ways of the further development is also raised today and when the matter concerns CPRF’s leader Gennady A.Zuganov. In mass consciousness the comparisons of the leader of the CPRF with the most famous historic personalities are favourable, and associating names could be represented as follows: Kutuzov – Andropov – Marche – Malenkov – Bukharin - Katharine the Great.

In people’s perception the 1995 and especially 1996 vote results added to his image the traits of charisma. In particular not less than 30-40% of population acknowledge his merits in reconstruction of the Russian Communist Party not at all the same to the CPSU.

Meanwhile in 1997 only 15-20% of Russians kept blaming him in orthodoxy, mediocrity and ignorance as well as in reactionary character.

The proportion between positive and negative valuations of Zuganov’s personality could be made as 3 to 1 in favor to the firsts.

As a result in almost every other case estimating his political future as the leader of the CPRF, national patriotic union and the biggest fraction of the parliament people declare: “The situation is so complex that it would be absolutely unwise for the Communist Party to change its leader. There is no other political figure who can be able to be at head of the opposition”.

This point of view is shared by the CPRF’s voters, the patriots of other political orientations and even the followers of the party of G.Yavlinsky.

For the time being many of the disputed actions of the CPRF and the national Patriotic Union - repeated refuses from voting “against the government or for the budget” - find understanding and support among the people that proves positive public attitude towards the CPRF, permanent “credit of trust” to the party in the country.

“Communists have to be realists. It would be better for them not to fight the ruling regime straightforwardly but rather attacking it step by step. At the same time there is a wish for someone to hit at last the hands of this power”- that the opinion of more than 50% of Russians on the CPRF’s refuse to vote against Chernomyrdin’s government in the second part of 1997.

In general the up-to-date party line of actions can have two ways of development: either to the direction of a compromise with the “party of power” - which doesn’t promise much for the communists according to the historic experience (participation of Spanish communists in the “Pact of Moncloa”, Italian communists in “Democratic accord”, French communists in the left government, etc.), or - the move for its further patriotization.

In the last event the policy will inevitably run into the “Russian question”.

At that under contemporary circumstances its essence was changed in the main. Many reasons by which in the XIX and the beginning of the XX’s century the communist movement treated cautiously and even with hostility almost all Russian and Slavic in general, did not exist any more.

Today Russians are not the minority of the country population, they are not the richest and not the ruling ethnic people. They form the working class in Russia and the majority of the countries that appeared after the disintegration of the USSR.

It was the patriotic course of the Communist Party unseparable from the problems of Russians that gave it a chance to participate successfully in the 1995-1997 votes and to become the dominant political force of the country.

The results of these voting campaigns, public opinion poles, observations over the condition of the mass mentality, analyses of the general development of Russia, - all that formed the basis for the conclusion: the CPRF will come to power, unite all healthy international forces in the former union republics for the reunification of the renewal united state on the geographical space called before Kiev and Moscow Russia, Russian empire and later the USSR, if it becomes the force of the Russian, Russian national liberation and revival.


CONTENTS

 

Introduction 6

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-09

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.