Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






Коллеги, когда ваши дети вырастут и будут учиться вдали от дома, навещайте их чаще, особенно в первые годы. Это время -когда им нужно оказывать душевную поддержку.


Последние каникулы во МГРИ, а у Кости Матвеева (группа РМ-2 или 3, с геолфака, парень, как и я, почти геолог) родители в Калинковичах, и сам он оттуда родом, едем вместе: я в ПГЭ, он домой.

Остановился у него. Родители его, особенно мама, рады, и я погрелся несколько дней в чужом домашнем уюте. На следующий, после приезда, день- Костя заводит свой ИЖ-Юпитер, меня садит в люльку под меховую шубу - холодно еще, ранняя весна. И мы с ветерком через 20 километров подкатываем в пос. Сосновый, то есть на базу экспедиции, где я не был почти 6 лет.

Как думаю меня встретят, и вспомнят ли, да и есть ли кому вспомнить. Всего лишь на тот момент знал, что Ирма Франк (сокурсница по НГРТ, одна из наших девушек новосибирского десанта) вышла замуж за местного парня и осталась в экспедиции. А была она одно время в ПГЭ крутым женщиной-оператором. Толя Рыжик, Володя и Инна Климины должны в экспедиции еще работать - наверно продвинулись по карьере. Вопросы без ответов вертятся в голове.

Припарковались, приосанились – заходим в фойе, справа две двери: профком и отдел кадров. В какую стучать? Стучу в профком, открываю, заходим, навстречу женский голос: Мишка! ты-ли это? Откуда?

И я выпадаю в “осадок”.

Тамара и Толя Ильченко- оба выпускники киевского техникума, заезда-устройства в ПГЭ примерно нашего, чуть пораньше, года: 1972 или 1971.

Язык не поворачивается назвать ее сейчас бой-баба. Тогда, женщина – огонь, весьма привлекательная особа, мечта любого мужчины. Подвижная как ртуть. Во всех смыслах: яркая, и по внешности, и по искреннему поведению, человеческая величина; сразу взяла быка за рога.

Сделаю отступление. Позже, именно она нам сдала бесплатно свою квартиру в коттедже, когда они с Толей уехали в загранкомандировку в Северный Йемен. Толя –оператором, Тамара –там же в партии, вычислителем. На два года. И это позволило мне с семьей вырваться из малосемейной “общаги”, куда нас заселило уже новое руководство экспедиции.

Продолжаю. Уяснив, что я вот-вот выпускаюсь из МГРИ, она нашла в архивных папках мое заявление 1973 года о постановке в очередь на квартиру- так что даже я удивился. Позвонила городским профсоюзникам.

Говорит в трубку: вот парень- вот заявление- вот ушел в армию, после армии сразу поступил в институт. Там переспрашивают: нигде не работал в промежутке–точно? Ну Вы знаете-с бобруйской, такой характерной интонацией. Киваю-нигде.

Вопрос. Может ли он рассчитывать на сохранение очереди на квартиру или на восстановление? Попутно при телефонном разговоре в паузах рассказывает, что все они, тех годов очередники, уже получили квартиры: кто в поселке, кто в городе.

Какой “облом”, оказывается. Ныне профсоюзный организатор Тамара выясняет. Я должен был сразу после армии написать Заявление, что после окончания ВУЗа собираюсь вернуться в экспедицию, то есть “застолбиться” как-то. Таков порядок. Грустно. Но тут Тамара спрашивает еще раз –а приехал то че?

И я вторично выпадаю в “осадок”. Лепечу. Да, нужно Отношение от экспедиции.

И тогда она сгребает меня в охапку и после предварительного звонка по местной линии тащит меня к начальнику экспедиции. Не Тамара, а какой –то вихрь в делах.

Заходим в кабинет к начальнику, на втором этаже. Тот даже подскакивает, когда Тамара рассказала суть.

Лизун Ростислав Михайлович (имя сохранено в старой записной книжке) первый начальник полевой ПГЭ. На лицо я узнал его.

Тамара ему пересказывает по квартире профсоюзный разговор, тот доволен как слон-позвал из кабинета напротив своего Главного инженера-Курбанова Б.

Я понял их главную мысль- оказывается народ не только увольняется и уезжает, но и хочет приехать работать. И я в тот момент был бальзамом на их сердца. Скорее всего, в ПГЭ стояла актуальная задача, сохранять инженерные кадры.

Тамара потом сказала, (я вышел из кабинета, она задержалась) вопрос о квартире для моей семьи Лизун Р.М. решит.

Это был год 1981, когда в Республике в автокатастрофе погиб первый секретарь белкомпартии и так же вскоре в автокатастрофе погиб бессменный начальник ПГЭ, про которого, я только что Вам рассказал.

Cледом, за моим возвращением, в институт пришло Отношение о том, что ПГЭ гарантирует прием на работу бывшего своего сотрудника, в качестве молодого специалиста на инженерную должность.

 

Сырая тяжесть в сапогах,

Роса на карабине

Кругом тайга-одна тайга

И мы посередине…

Закончились военные сборы, надо ехать в Омск, организовывать переезд семьи в Мозырь.

Контейнер в Омске упаковал, сами на самолет и в экспедиции нас на пару недель приютила семья Климиных, старые мои партийные приятели.

Мои родители уже привыкли- что я отрезанный ломоть- вечный странник. А у Ольги мама (теща моя по имени Соня-оказалась впоследствии выдающейся женщиной: что бы не происходило в нашей семье- она за меня стояла горой), была конечно в печали, первому внуку Жене уже скоро годик. Привязалась.

Как-то мы на курсе с Димой Фишелевым и Саней Чумичкиным за парой пива договорились - у кого ребята родятся, неважно девочки или мальчики, называем их Женями. Слушайте- впоследствии оказалось, мы все сдержали уговор.

Но видимо бабушку Соню успокаивало, то что мы уезжаем на ее историческую родину.

Я с Володей Климиным капитально ремонтировал комнату в общежитии. Так что мой начальник партии Толя Федотов (геофизик из Саратовского университета), куда я был назначен интерпретатором, начал волноваться- я долго не приступаю к обязанностям. Извини говорю- пока семью не устрою- никак. Экспедиция же не позаботилась о жилье.

Но Толя с понятием оказался-сильно не настаивал. Тут и контейнер пришел-наши домашние вещи и консервированные заготовки долго стояли в фойе на первом этаже общежития.

В сейсмопартии (стояла в Копцевичах) попал под патронаж старшего геофизика Татьяны. У нее была задача- подготовить меня для работы по приемке материалов. Сама должна была перейти в камеральную партию (их начальник-товарищ Панчихин В.Г.: вечно висел на экспедиционной доске почета) на базе экспедиции.

Под ее руководством я начал осваивать тонкости профессии, то есть чем сегодня занимаются супервайзеры в полевых сейсмопартиях. Тогда, это было в обязанностях старших геофизиков, плюс на них были возложены обязанности Ответственников, по оперативному трехступенчатым контролю за охраной труда и ТБ в сейсмопартииях.

Вскоре я, после прохождения месячных московских курсов по взрывному делу и вторичного получения права Ответственного ведения буровзрывных работ, заменил ее. Федотов говорит- веди еще ОТ и ТБ.

Было дернулся на отказ от ведения техники безопасности, потому что я не старший геофизик. Но Толя поговорил со мной очень убедительно.

Достаточно серьезная вещь, скажу я Вам. В начале моей работы-засудили нашего механика-водителя АТЛ. Случилось же это так.

Партия была на отгулах. Напился механик-водитель, по какому случаю неизвестно, он был местным (пос. Копцевичи), погонял жену с тещей с криком: я вам б***м сейчас устрою –подорву всех тут к такой-то матери.

Читатель-мужчина, вы конечно можете представить такую картину?!:-носится по двору пьяный мужичок с обещаньем устроить всему семейству кошачий концерт. Перепугал их конечно. Те, не будь дурочками- позвонили в милицию. Приехали менты- обыскали. Нашли шашки-чапаевки, детонаторы к ним. Следствие-суд-тюрьма.

Пять лет мужику дали-таков закон был о незаконном приобретении и хранении. Хорошо, что следствие выяснило-запасы ВМ он сделал- когда еще много лет назад работал в Минской партии и тайком собирал отказы в группах скважин. Коллеги! Но мы то с Вами знаем, белорусы-прирожденные партизаны.

Так что, моего начальника партии Толю Федотова, эта беда (уголовная ответственность) обнесла стороной.

Рассказывали в партии, женщины в суде плачут, двое детей же в семье-осознали, да было поздно. Читатель, понимайте –та власть была к народу излишне сурова. И это правда.

Был же случай еще в далеком 1973 году, едем с Толей Рыжик по проселочной дороге. Зил-130 самосвал стоит. Осень. Уборочная идет. Остановились. На лице водителя, а он был с девушкой своей, смертельный испуг.

Борт самопроизвольно открылся и часть зерна высыпалась в дорожную пыль. Так мы помогали им ладошками собирать это зерно. Успокоили их как могли. Еще недавно, на памяти поколения отцов, власть сажала за “колоски”.

Меня же судьба то же оберегла однажды. Уже год прошел-я освоился с обязанностями. Лето. Отправил Газ-66 смотку с обедом для отряда. На базе никого. Сижу в камеральном вагончике- окна на территорию и вход на базу- все вижу.

Принимаю вчерашние сейсмограммы (оценка сейсмограммы ставится в рапорт- от этого зависит коэффициент качества, от качества зависит размер ежемесячной премии всем согласно КТУ, подсчет фн, подсчет израсходованных ВМ, погонных метров бурения, количество скважин; все под роспись к ежемесячным актировкам, все по папкам-ну полная материальная бухгалтерия; по профессии: снятие вертикального времени, ведение системы наблюдений на профиле на миллиметровке, расчет статпоправок и т.д., короче, все по-взрослому).

Тишина. И в начале четвертого часа после полудня –машина, которая обед увозила, приехала, и в парк, как обычно, встала. Опять тихо. Всегда водитель приходит- докладывает: все в порядке-народ покормил. А тут его нет.

Вскоре, останавливается милицейский УАЗик, мне с окна хорошо видно. И двое в форме-офицеры прут нагло прямо ко мне в вагончик- как будто знают, что только в нем есть живой человек.

Представляются, следаки-уголовка из райцентра. Я называюсь. Они -где начальник? Отвечаю- я за него, начальник в экспедиции. Заявляют, показывай все журналы по ТБ. Я веду их в кабинет ОТ и ТБ в соседнем вагончике, половина которого была отведена под ОТ.

Беру кондуиты, они по правилам на столе на видном месте. Я за столом народ принимал для первичных, очередных инструктажей и рассказывал- на стене висят плакаты в помощь. Не так как сейчас- распишись и забудь.

Им потребовался телефон. Веду их в кабинет начальника партии- там мы ведем утренние планерки, там и расположились. Они быстро пролистали инструктажи и еще один журнал ежемесячного контроля сейсмоотряда, начальником и старшим геофизиком: вижу по фамилиям -их взрывники интересуют. И заявляют, что журнал трехступенчатого инструктажа изымают. Я в ответ- по расписке. Не вопрос –говорят.

И уезжают с журналом.

Братцы: три дня назад я всем взрывникам и буровикам проводил очередной инструктаж (периодичность - каждые три месяца и партия только что приступила к работе после отгулов) с записями и росписями в журнале.

Все равно, так мне стало не хорошо что-то. Я уже кое-что понимал в той жизни. Знал, что в ходу у милицейских циничная поговорка: был бы человек, а статья всегда найдется.

В государстве продолжалась борьба с халатностью, после Брежнева начали закручивать “гайки”. Дисциплина трудовая, борьба за экономию, вот на что были направлены усилия директивных органов. На экспедиционном же уровне проводились так называемые постоянно действующие совещания за дисциплину, бережливость и экономию.

Такая была эпоха по промыванию наших мозгов.

Да Госгортехнадзор тогдашний – в советское время тот зверь был еще, не давал расслабиться. Чуть-что серьезное, сразу закрывал партию. Я с ним и закрытием партии столкнулся после двух лет работы уже уверенным геофизиком, замещая своего третьего, заслуженного начальника партии Пращаева Анатолия Петровича во время его болезни. В связи с перебазировкой партии я разрешительные документы на производство работ держал дома, а не на рабочем месте.

Такие вещи, это ЧП на все Управление Геологии республики.

Отвлекусь немного.

Особенностью Анатолия Петровича была его жена. Она единственная среди всех экспедиционных женщин в субботу, какая бы на дворе не стояла погода, ездила в город в общественную баню и там рассказывают, отчаянно парилась с веником.

А у полещуков, которые живут в деревнях, есть то же одна особенность-мыться они не любят, личных бань не держат, а моются в доме перед печкой в больших тазах, то есть абы как.

Город Мозырь, кроме общего названия Белорусской Швейцарией (он стоит на холмах), тогда еще отличался тем, что в городской бане была отличная парилка, не хуже Сандунов -я отвечаю, как природный сибиряк, сам любил там париться.

Продолжаю.

Меня спасло от оргвыводов в экспедиции, только то что в запасе у меня был один день профилактики в общем балансе ежемесячного времени. И за сутки мне у Инспектора удалось разблокировать работу чужого взрывсклада, по снятию запрета на отпуска ВМ для нашей партии. За эти сутки я намотал на УАЗике по области около тысячи километров.

Продолжу.

Под вечер выяснилось. Приехал начальник отряда, рассказывает. На обеде, двое взрывников (старший, Саша Кузьменко с помощником, он же водитель взрывпункта) на отстреле- снаряжали косичку МСК: 30 м, шаг ЭДС в косе – 2 м недалеко от станции. Все это одновременно с обедом, а значит лишняя суета была.

Все как положено: флажки-опасная зона- экипаж бурового станка выведен за пределы. Снарядили- почему им надо было проверить проводимость схемы в косичке-я не знаю. Для этого существует специальный прибор, омметр с безопасным током, а ЭДС-8 проверяется завскладом до того, еще на складе.

Кузьменко попросил принести прибор- ну и его помощник принес ему из сейсмостанции миллиамперметр –самоделку для проверки сейсмоприемников, а там источником - батарейка А373 (ему прибор подал помощник оператора).

На первом же контакте первого детонатора- ЭДС взрывается и осколками сечет у обоих взрывников руки и лица. Как глаза остались целы- уму непостижимо. Ребята в рубашке родились.

Естественно их сразу в больницу, там уже- известная милицейская процедура. А у нас несчастный случай на производстве.

Потом приказ был по экспедиции –запретить в эксплуатации самодельные приборы по проверке геофонов.



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-10

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.