Главная

Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОШИБКА СОВРЕМЕННОЙ ФИЗИКИ


СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОШИБКА СОВРЕМЕННОЙ ФИЗИКИ

 

 

Знаете,

в бытность мою зелёным студентиком физфака, когда Интернета ещё не было, пользовался популярностью жанр стенгазет, в которых физфаковский народ – в рамках дозволенного – вовсю хохмил и самовыражался. В том числе – придумывал прикольные задачки. Как-то раз, среди перлов вроде «по нерастяжимому скользкому тросу карабкается абсолютно упругая обезьяна» - которые вызывали у народа рефлекторное ржание – увидел нечто особенное. Условия были сформулированы просто и непритязательно: «Человек с нормальным зрением смотрит на передний край науки. Дальше он не видит. Оценить толщину края». Рефлекторного ржания это не вызывало, но почему-то завораживало. Сейчас я понимаю – почему. Вольно или невольно, но у автора этой задачки получилось пророчество. Открытым текстом говорившее: вот во что превращается наука физика.

Сразу оговоримся: речь пойдёт не о коммерческой прикладной физике, а о фундаментальной – т.е. о представлениях о том, как устроен физический мир. Именно эта физика сегодня весьма заинтересована в том, чтобы «человек с нормальным зрением» видел у неё только передний край. Потому что если он увидит то, что находится в тылу этого переднего края – у него сразу возникнет ряд очень неудобных для физики вопросов.

Сама постановка этих вопросов может быть воспринята как оскорбление учёными-физиками, которые привыкли позиционировать себя как интеллектуальную элиту. Но давайте погасим эмоции и трезво посмотрим на реалии. В последние лет десять, над физикой был поставлен интересный эксперимент. Были предъявлены десятки (!) экспериментальных фактов, которые расходятся с принятыми физическими доктринами не в каких-то там частностях, а на фундаментальном уровне. Нынешняя официальная физика принципиально не может объяснить эти факты, поэтому она их замалчивала или, хуже того, перевирала. И вот – эти факты предъявлены. А заодно предложена новая физическая концепция, которая легко их объясняет. Более того, на основе этой новой концепции делаются предсказания – которые подтверждаются на опыте! Какова же оказалась реакция сообщества физиков на эти факты и новую концепцию? А вот какая: немотивированное категорическое неприятие. «Полный бред! Не надо! Это не обсуждается! Нет, и всё!»

Наше видение причин этого категорического неприятия мы и постараемся кратко изложить в данном эссе. Ведь до чего поразительно получается! Предъявленные факты специалисты опровергнуть не могут, потому что сами прекрасно знают, что это – факты. Казалось бы, предложенная новая концепция выглядит предпочтительнее? Специалисты сразу должны это видеть! Но эта концепция даже не обсуждается ими! Спрашивается, почему?

Психологи нам подсказывают: этому есть причина, о которой не принято говорить вслух – особенно применительно к интеллектуальной элите. Человеку, мол, психологически сложно признать чужую правоту и свою неправоту, потому что тогда ему придётся признать, что собеседник умнее его, а он сам, соответственно, глупее собеседника. На это мы заметим, что упорствование в своих заблуждениях – это отнюдь не признак ума, это как раз свидетельство о глупости. Извините, уважаемые психологи, но ваше объяснение даёт лишь самое примитивное понимание происходящего. Мы обнаружили ещё два уровня его понимания.

Речь, во-первых, о том, что реакция сообщества физиков на «неудобные» факты – это типичная реакция толпы, блестяще описанная Густавом Лебоном в «Психологии народов и масс». Сообщество физиков тоже подпадает под область применимости учения Лебона – как «масса» или, точнее, каста; мы будем использовать термин «учёная толпа». Физики могут заявить, что им Лебон – не указ. Но если, как страус, спрятать голову в песок – сильно ли от этого полегчает? За более чем сотню лет после выхода в свет книги Лебона, ничем существенным его учение не дополнили, но активно используют его в практических целях – с неизменным успехом. Ибо «знание – сила»! Один из главнейших тезисов этого знания таков: реакция толпы вырабатывается не на уровне разума, не на уровне логики – а на уровне предрассудков, засевших в подсознании. Точно так же ведёт себя и сообщество учёных-физиков. Этот прискорбный для имиджа науки вывод нам удалось строго обосновать – наблюдая реакцию физиков на «неудобные» факты.

Во-вторых, речь о том, что эта реакция физиков является следствием ещё и того, что сегодня саму науку физику, в свою очередь, используют как инструмент, облегчающий манипуляцию большими массами людей, далёких от этой науки. Здесь особенно хорошо видно: пропаганда про то, что физика «несёт свет истины в массы», совершенно не соответствует тому, чем она занимается в действительности.

Чтобы нас не упрекнули в том, что мы делаем неадекватные, слишком далеко идущие выводы в отместку за неприятие физиками какой-то горстки малозначимых фактов, нам придётся остановиться на этом. Судите сами, можно ли здесь говорить о «горстке» и о «малозначимости». А, прежде всего – несколько слов о том, чем же новая физическая концепция принципиально отличается от нынешней ортодоксальной.

 

«Бог не играет в кости!» Он играет в программирование!

Самый фундаментальный догмат ортодоксальной физической доктрины, на котором строятся все её остальные тезисы, таков: физический мир – самодостаточен. Причины его существования и причины всего, что в нём происходит – находятся, как полагают, в нём самом. Физические объекты взаимодействуют друг с другом по физическим законам потому, что у этих объектов «такие свойства». Здесь можно спросить – а почему свойства именно такие, а не другие? Но на такие «глупые» вопросы физики отвечать не будут. Им и без этого тошно. Подстраивая свои теории под всё новые опытные факты, они напридумывали столько «свойств», что и сами уже были не рады – а от фундаментальных противоречий в теориях так и не избавились. Тогда их осенило, что можно придумывать не только новые свойства физических объектов, но и сами физические объекты. И понеслось: гравитационные и электромагнитные поля, физический вакуум, виртуальные частицы, нейтрино, тёмная материя… На опыте эти придумки категорически не наблюдаются, следов в детекторах не оставляют. Поэтому теоретики на них и сваливают ответственность за свои теоретические прорехи – обретая, таким образом, некоторое душевное успокоение.

Наш подход – принципиально иной. Мы говорим, что физический мир – несамодостаточен, что он существует благодаря соответствующему программному обеспечению. Которое находится на надфизическом уровне реальности. Каждая элементарная частица существует благодаря работе программки, которая формирует её в физическом мире. Поведение частицы определяется пакетом программ, где прописаны варианты взаимодействий, в которых она может участвовать. Это – не детерминизм, потому что программы, определяющие поведение частиц, работают по принципу обработчиков событий: тот или иной процесс запускается только при соблюдении конкретных предусловий. Таким образом, свойства физических объектов чётко заданы на программном уровне – вот почему в физическом мире работают физические законы, а не царят произвол и хаос.

Что же можно выстроить на таком фундаменте? О, нам кое-что удалось. Невероятно упростилось понимание основных физических явлений, а также множества фактов, убийственных для ортодоксальной физической доктрины. И это удалось сделать при допущении о том, что программное обеспечение физического мира основано на простейшей, двоичной логике – аналогичной той, которая используется в современной цифровой технике. Вот почему нашу концепцию мы называем концепцией «цифрового» физического мира. В сравнении с ортодоксальной концепцией, наша не только гораздо честнее обходится с экспериментальными реалиями, но и кардинально упрощает понимание сущности основных физических явлений.

 

Это – мыслители или толпа?

В современном обществе, в эпоху бурного развития информационных технологий, множество людей разочаровалось почти во всём, на чём выстраивается мировоззрение – в идеологиях, религиях, «модерновом искусстве», поп-культуре… и лишь наука осталась для них свята и непогрешима. Потому что лишь наука, мол, честно занимается поиском истины! Потому что всё, что она говорит, основано, мол, на экспериментальных фактах!

Ну, вот – мы убрали маскировочные сети с физики: полюбуйтесь, чего стоят эти «основания». В современной официальной физике – по большому счёту, живого места нет. Слишком далеко она зашла в «честном поиске истины». Смешно за деньги искать истину – ибо её будут находить там, где больше платят. И тогда не будет лучшего способа быть обманутым, чем полагать: «Ну, учёные-то нас обманывать не должны!»

Знаете, есть психологический феномен. Человек может поверить во что угодно, за исключением одной вещи, которую он принципиально не может принять на веру, без столкновения с ней на личном опыте. Это – то, что люди, оказывается, могут лгать, т.е. говорить заведомую неправду. Нормального человека это открытие потрясает. А потом – привыкают, и ничего. Многие и сами включаются в процесс… Так вот: физики – тоже люди. И столкновение с ними на личном опыте показывает: физики, оказывается, тоже могут лгать. Кому-то в это не верится? Ну, что же, вера – дело добровольное. Во что угодно!

Вон – не счесть добровольцев, которые поверили в то, что американские астронавты побывали на поверхности Луны. Хотя вопиющие несуразности «лунной программы США» бросались в глаза не только спецам по ракетной технике, по системам жизнеобеспечения в космосе, по космической связи, по баллистике, но и астрономам, физикам, психологам, спортсменам, кинооператорам, фотографам, светотехникам… да и просто здравомыслящим людям. Про фейерверки этих несуразностей пишут книги и создают сайты в Интернете. От себя можем добавить: аномальные условия для распространения света в окололунном пространстве порождают известный ещё Галилею, но до сих пор не объяснённый официальной наукой, феномен обратного рассеяния света Луной. Под каким бы углом ни падал свет на любой участочек лунной поверхности, почти весь отражённый свет идёт обратно, т.е. туда, откуда он пришёл – из-за чего в полнолуние яркость Луны для нас аномально велика. Из-за этого обратного рассеяния, для наблюдателя, находящегося на освещённой поверхности Луны – всегда царят сумерки, и с противосолнечных сторон предметов и неровностей рельефа находятся резкие и совершенно чёрные тени. На телекадрах, переданных «Луноходом-1», во всей красе проявляют себя эти особенности лунного освещения – которые, практически, невозможно подделать в земных условиях. Зная про эти лунные сумерки и совершенно чёрные тени, даже ребёнок сможет убедиться в том, что кино- и фотокадры с американцами на Луне – это стопроцентная фальсификация.

И тут мы подходим к интересному вопросу. Ребёнок-то сможет убедиться, а учёные – нет. Желающие, проведите эксперимент – поспрашивайте физиков: «Что означает то, что картинки с американцами на Луне демонстрируют явные признаки НЕ-лунного освещения?» Вы получите потрясающие результаты. 95% из опрошенных начнут волноваться и втолковывать вам, что «это – недоразумение», что «на самом деле, противоречия быть не должно», потому что американцы на Луне были: «Были, и всё!» Вы будете с изумлением слушать речи ваших кумиров, пытающихся отрицать вещи, совершенно очевидные для ребёнка – и начнёте сомневаться в здравии их рассудка. Но это потому, что вы не знаете: такое их поведение диктуется вовсе не рассудком.

Лебон пишет: «…мысль людей преобразуется не влиянием разума. Идеи начинают оказывать своё действие только тогда, когда они, после медленной переработки, …проникли в тёмную область бессознательного, где вырабатываются… мотивы наших поступков. После этого сила идей очень значительна, потому что разум перестаёт иметь власть над ними. Убеждённый человек, над которым господствует какая-либо идея, религиозная или другая, неприступен для рассуждений, как бы основательны они ни были… Старая идея даже тогда, когда она не более чем слово, мираж, обладает магической властью. Так держится это наследие отживших идей, мнений, условностей, хотя они не выдержали бы малейшего прикосновения критики… Критический дух составляет высшее, очень редкое качество, а подражательный ум представляет весьма распространённую способность: громадное большинство людей принимает без критики все установившиеся идеи, какие ему доставляет общественное мнение и передаёт воспитание».

Эти слова вполне применимы и к идеям, господствующим в науке, и, в частности, в физике. Идея, закрепившаяся в подсознании физиков, приобретает статус высшей научной истины, неприступной для разумных логических контрдоводов. «Не могли же столько физиков ошибаться!» - вот аргументация тех, кто и не делали ничего такого, где можно было ошибиться, поскольку попросту усвоили своим «подражательным умом» то, что им вдолбили. Не разум, а подсознание господствует над ними даже в вопросе о том, «были ли американцы на Луне». Что же говорить про научные догматы о том, что «свет – это летящие фотоны», что «все тела притягиваются друг к другу», что «разноимённые заряды притягиваются, а одноимённые отталкиваются»! Какой разумной реакции можно ждать на попытки пересмотра этих догматов? – даже если новая концепция честнее отражает экспериментальные реалии!

Про нечто вроде «инерции мышления» говорит и Томас Кун. Научная революция, мол, происходит не каждый день – ей непременно предшествует кризис в науке, т.е. проблема, неразрешимая в рамках принятой парадигмы. Например – новый факт, не укладывающийся в неё. Но – вот тебе раз! – «пока учёный не научится видеть природу в ином свете, новый факт не может считаться вообще фактом вполне научным». Т.е., чихали учёные на новый факт, пока не появится его приемлемое объяснение. Какой же это «кризис»? Всё идёт, как надо! Вот ежели объяснение нового факта будет принято, тогда задним числом выяснится, что был, оказывается, кризис… но он уже успешно преодолён – так что не стыдно и, признаться. А если объяснение нового факта не будет принято, то факт так и останется «ненаучным». История физики устлана такими фактами – о которых историки физики предпочитают не вспоминать. Причём, иные из них настолько ненаучны, что историков в кошмар вгоняют. Взять хотя бы устройства Николы Теслы, которые наглядно показывали, что тогдашние высоконаучные представления об электричестве были попросту смехотворны. Тесла собирался обеспечить дешёвой электроэнергией потребителей на всём земном шаре – обойдясь без проводов. Желающие имели возможность убедиться в том, что, загадочным для науки образом, всё это реально работало – потому оборудование Теслы и уничтожили. Иначе вышла бы «ненаучная революция», неугодная «сильным мира сего».

Но про это Томас Кун не говорит – кишка тонка. Его послушать – так непонятно, как революции в науке вообще возможны: «учёным не удаётся отбросить парадигмы, когда они сталкиваются с аномалиями или контрпримерами. Они не смогли бы поступить таким образом и тем не менее остаться учёными». Вот это да! А почему – «не удаётся»? А почему – «не смогли бы»? В ответ мы получаем какой-то лепет: «…учёные, которым не чуждо ничто человеческое, не всегда могут признавать свои заблуждения, даже когда сталкиваются с сильными доводами», и т.п. В общем, трудно им признавать чужую правоту, и не нужно их строго судить, бедненьких. А про подсознание Томас Кун ничего не знает? Ай-яй-яй. Что же он мог сказать толкового про научные революции – представитель учёной толпы, который писал для учёной толпы про учёную толпу? Научные революции делаются не учёными толпами! Кстати, не следует равнять учёную толпу с уличной. Уличная толпа живёт недолго: её участники в итоге расходятся, и каждый вновь обретает свой рассудок. Толпа же учёных – это всерьёз и надолго.

Как, при таких делах, вообще возможно развитие науки – в частности, физики? Как побеждают новые, «продвинутые» теории? Ну, иным теориям и побеждать-то ничего не надо. Вот, например, до появления квантовой хромодинамики, представления физиков о том, на чём держатся структуры атомных ядер, были в весьма плачевном состоянии. Мезонная теория ядерных сил не давала ответов даже на простейшие вопросы. И вот, квантовая хромодинамика пошла гораздо дальше и глубже, сохранив все представления мезонной теории. Т.е., все нерешённые проблемы – так и остались нерешёнными. На них просто махнули рукой и занялись «более продвинутыми» проблемами – с кварками да глюонами. «Передний край» продвинули, а дыры, оставшиеся в тылу, перевели в разряд «неактуальных». Сегодня передний край физики весь такой «продвинутый» - с завалами «неактуальных» дыр в тылу. Помните – «человек с нормальным зрением смотрит на передний край науки и дальше не видит»? Ему и не положено дальше видеть! А вот второй пример: как победила теория относительности – не имевшая честных экспериментальных подтверждений (см. выше) и не содержавшая ничего, кроме издевательств над здравым смыслом. (Люди, больные на голову, любят спрашивать: «Простите, а что такое здравый смысл?» Здравомыслящие же люди хорошо знают, что это такое: это то, чем они руководствуются, когда мыслят здраво). Так вот, она «победила» благодаря беспрецедентной пиар-кампании, организованной с международным размахом: «с ноября 1919 года, начинается широкая пиарная кампания в поддержку общей теории относительности (ОТО), которая по заявлениям релятивистов является развитием СТО (что на самом деле далеко не так, но тем не менее пропаганда интерпретаций СТО также усиливается). Начинаются постоянные публикации в газетах, публичные выступления перед неспециалистами (школьниками, домохозяйками и т.д.), к рекламе привлекается даже Чарли Чаплин». Параллельно этой кампании шла травля известных физиков, выступавших с критикой теории относительности – с ними не могли тягаться по правилам научной борьбы, поэтому их обвиняли… в антисемитизме. Результирующая «победа» наглядно иллюстрирует, что сообщество физиков давно живёт по законам толпы и хорошо управляется методами воздействия на толпу.

А мы наивно полагали, что учёные заняты поиском истины, что они стремятся к правде! «Толпа никогда не стремилась к правде; она отворачивается от очевидности, не нравящейся ей, и предпочитает поклоняться заблуждению, если оно обольщает её». Действительно, какая прелесть – та же теория относительности, с её коронным рекламным трюком: «не каждый способен её понять»! Делай вид, что ты её понимаешь – и сразу выглядишь гораздо умнее того, кто честно признаётся, что её не понимает. Какая кормёжка для собственной значимости! Те, кто пиарили эту пустышку – знали, что делали. Но попробуйте сказать релятивисту, что это – пустышка. У него сразу сработает защитная реакция, о которой тоже давно известно инженерам человеческих душ: «Не могли же меня, такого умного, так грязно обмануть!» Это – уже ничем не прошибёшь!

Только вот в физике – всё взаимосвязано. Если даже небольшой обман в ней не пресечь сразу, то далее он будет умножаться – потому что каждый обман придётся подкреплять десятком новых обманов. А параллельно будет умножаться обман и в околонаучной пропаганде. Надо же было так провраться: «Одно из наиболее строгих, хотя и неписаных, правил научной жизни состоит в запрете на обращение к главам государств или к широким массам народа по вопросам науки». И как – соблюдают ли физики — это строгое правило? Да они вспоминают про него лишь тогда, когда им нужно поставить на место какого-нибудь самородка-выскочку. Не к себе же им применять такие строгости! Вот, к кому физики обращаются за деньгами на свои дорогостоящие цацки – если не к главам государств? К их любовницам, что ли? И к кому, если не к широким массам народа, они обращаются, когда информацию о своих, якобы, достижениях они немедленно размещают в Интернете и других СМИ – задолго до появления соответствующих статей в рецензируемой научной периодике?

Катастрофическое умножение обмана в современной официальной физике – это результат того, что слишком долго сообщество физиков жило по законам толпы. Ведь толпа, как говорил Лебон, не может созидать: «Сила толпы направлена лишь к разрушению». Неспроста сообщество физиков предстаёт перед нами совсем не в том ореоле, к которому оно привыкло. Воззрения учёной толпы физиков на устройство мира определяются не пылающим разумом, а тёмными закоулками подсознания. Эта учёная толпа занята не тем, что ищет истину, а тем, что упорствует в своих заблуждениях.

Но если на такие занятия выбрасывают всё больше и больше средств – «значит, это кому-нибудь нужно?»

 

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОШИБКА СОВРЕМЕННОЙ ФИЗИКИ

 

 

Знаете,

в бытность мою зелёным студентиком физфака, когда Интернета ещё не было, пользовался популярностью жанр стенгазет, в которых физфаковский народ – в рамках дозволенного – вовсю хохмил и самовыражался. В том числе – придумывал прикольные задачки. Как-то раз, среди перлов вроде «по нерастяжимому скользкому тросу карабкается абсолютно упругая обезьяна» - которые вызывали у народа рефлекторное ржание – увидел нечто особенное. Условия были сформулированы просто и непритязательно: «Человек с нормальным зрением смотрит на передний край науки. Дальше он не видит. Оценить толщину края». Рефлекторного ржания это не вызывало, но почему-то завораживало. Сейчас я понимаю – почему. Вольно или невольно, но у автора этой задачки получилось пророчество. Открытым текстом говорившее: вот во что превращается наука физика.

Сразу оговоримся: речь пойдёт не о коммерческой прикладной физике, а о фундаментальной – т.е. о представлениях о том, как устроен физический мир. Именно эта физика сегодня весьма заинтересована в том, чтобы «человек с нормальным зрением» видел у неё только передний край. Потому что если он увидит то, что находится в тылу этого переднего края – у него сразу возникнет ряд очень неудобных для физики вопросов.

Сама постановка этих вопросов может быть воспринята как оскорбление учёными-физиками, которые привыкли позиционировать себя как интеллектуальную элиту. Но давайте погасим эмоции и трезво посмотрим на реалии. В последние лет десять, над физикой был поставлен интересный эксперимент. Были предъявлены десятки (!) экспериментальных фактов, которые расходятся с принятыми физическими доктринами не в каких-то там частностях, а на фундаментальном уровне. Нынешняя официальная физика принципиально не может объяснить эти факты, поэтому она их замалчивала или, хуже того, перевирала. И вот – эти факты предъявлены. А заодно предложена новая физическая концепция, которая легко их объясняет. Более того, на основе этой новой концепции делаются предсказания – которые подтверждаются на опыте! Какова же оказалась реакция сообщества физиков на эти факты и новую концепцию? А вот какая: немотивированное категорическое неприятие. «Полный бред! Не надо! Это не обсуждается! Нет, и всё!»

Наше видение причин этого категорического неприятия мы и постараемся кратко изложить в данном эссе. Ведь до чего поразительно получается! Предъявленные факты специалисты опровергнуть не могут, потому что сами прекрасно знают, что это – факты. Казалось бы, предложенная новая концепция выглядит предпочтительнее? Специалисты сразу должны это видеть! Но эта концепция даже не обсуждается ими! Спрашивается, почему?

Психологи нам подсказывают: этому есть причина, о которой не принято говорить вслух – особенно применительно к интеллектуальной элите. Человеку, мол, психологически сложно признать чужую правоту и свою неправоту, потому что тогда ему придётся признать, что собеседник умнее его, а он сам, соответственно, глупее собеседника. На это мы заметим, что упорствование в своих заблуждениях – это отнюдь не признак ума, это как раз свидетельство о глупости. Извините, уважаемые психологи, но ваше объяснение даёт лишь самое примитивное понимание происходящего. Мы обнаружили ещё два уровня его понимания.

Речь, во-первых, о том, что реакция сообщества физиков на «неудобные» факты – это типичная реакция толпы, блестяще описанная Густавом Лебоном в «Психологии народов и масс». Сообщество физиков тоже подпадает под область применимости учения Лебона – как «масса» или, точнее, каста; мы будем использовать термин «учёная толпа». Физики могут заявить, что им Лебон – не указ. Но если, как страус, спрятать голову в песок – сильно ли от этого полегчает? За более чем сотню лет после выхода в свет книги Лебона, ничем существенным его учение не дополнили, но активно используют его в практических целях – с неизменным успехом. Ибо «знание – сила»! Один из главнейших тезисов этого знания таков: реакция толпы вырабатывается не на уровне разума, не на уровне логики – а на уровне предрассудков, засевших в подсознании. Точно так же ведёт себя и сообщество учёных-физиков. Этот прискорбный для имиджа науки вывод нам удалось строго обосновать – наблюдая реакцию физиков на «неудобные» факты.

Во-вторых, речь о том, что эта реакция физиков является следствием ещё и того, что сегодня саму науку физику, в свою очередь, используют как инструмент, облегчающий манипуляцию большими массами людей, далёких от этой науки. Здесь особенно хорошо видно: пропаганда про то, что физика «несёт свет истины в массы», совершенно не соответствует тому, чем она занимается в действительности.

Чтобы нас не упрекнули в том, что мы делаем неадекватные, слишком далеко идущие выводы в отместку за неприятие физиками какой-то горстки малозначимых фактов, нам придётся остановиться на этом. Судите сами, можно ли здесь говорить о «горстке» и о «малозначимости». А, прежде всего – несколько слов о том, чем же новая физическая концепция принципиально отличается от нынешней ортодоксальной.

 

«Бог не играет в кости!» Он играет в программирование!

Самый фундаментальный догмат ортодоксальной физической доктрины, на котором строятся все её остальные тезисы, таков: физический мир – самодостаточен. Причины его существования и причины всего, что в нём происходит – находятся, как полагают, в нём самом. Физические объекты взаимодействуют друг с другом по физическим законам потому, что у этих объектов «такие свойства». Здесь можно спросить – а почему свойства именно такие, а не другие? Но на такие «глупые» вопросы физики отвечать не будут. Им и без этого тошно. Подстраивая свои теории под всё новые опытные факты, они напридумывали столько «свойств», что и сами уже были не рады – а от фундаментальных противоречий в теориях так и не избавились. Тогда их осенило, что можно придумывать не только новые свойства физических объектов, но и сами физические объекты. И понеслось: гравитационные и электромагнитные поля, физический вакуум, виртуальные частицы, нейтрино, тёмная материя… На опыте эти придумки категорически не наблюдаются, следов в детекторах не оставляют. Поэтому теоретики на них и сваливают ответственность за свои теоретические прорехи – обретая, таким образом, некоторое душевное успокоение.

Наш подход – принципиально иной. Мы говорим, что физический мир – несамодостаточен, что он существует благодаря соответствующему программному обеспечению. Которое находится на надфизическом уровне реальности. Каждая элементарная частица существует благодаря работе программки, которая формирует её в физическом мире. Поведение частицы определяется пакетом программ, где прописаны варианты взаимодействий, в которых она может участвовать. Это – не детерминизм, потому что программы, определяющие поведение частиц, работают по принципу обработчиков событий: тот или иной процесс запускается только при соблюдении конкретных предусловий. Таким образом, свойства физических объектов чётко заданы на программном уровне – вот почему в физическом мире работают физические законы, а не царят произвол и хаос.

Что же можно выстроить на таком фундаменте? О, нам кое-что удалось. Невероятно упростилось понимание основных физических явлений, а также множества фактов, убийственных для ортодоксальной физической доктрины. И это удалось сделать при допущении о том, что программное обеспечение физического мира основано на простейшей, двоичной логике – аналогичной той, которая используется в современной цифровой технике. Вот почему нашу концепцию мы называем концепцией «цифрового» физического мира. В сравнении с ортодоксальной концепцией, наша не только гораздо честнее обходится с экспериментальными реалиями, но и кардинально упрощает понимание сущности основных физических явлений.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-07-22

headinsider.info. Все права принадлежат авторам данных материалов.